Ля Руэри попросил убежища в Ля Гюйомарэ 12 января 1793 года, что рядом с Сен-Денуалем. Он уже был очень болен, и болезнь его прогрессировала. От него попытались скрыть пришедшую весть о том, что 21 января казнили Людовика XVI, но он сам обо всем догадался. А потом у него началось воспаление мозга, и ночью с 29-го на 30 января маркиз де Ля Руэри умер… Его похоронили вдалеке от дома, а Тереза узнала о его смерти лишь через много дней.

Адский замысел Шеветеля на этот раз не удался, но он исполнился чуть позднее. Это запечатлелось в истории замка Ля Фосс-Анжан, которую мы расскажем ниже…

Сейчас замок является частной собственностью и закрыт для посетителей.

Окончание трагедии

И жатва невозможна на орошенном ею берегу.

Типичные для региона Сен-Мало сооружения – это большие и красивые дома, построенные для ублажения богатых судовладельцев и корсаров, прибывших на отдых. Ля Фосс-Анжан – одно из таких зданий. Оно было построено для семьи Нермон рядом с деревней Сен-Куломб, что между Канкалем и Сен-Мало. До сих пор его крыша и высокие каменные трубы возвышаются над прудом Сент-Сюзанн и широкой лужайкой, окруженной старыми деревьями.

Этот дом был построен ради спокойного счастья одной семьи, для отдыха моряка после долгих лет, проведенных в море. Но в памяти воскрешаются и поистине драматические события, произошедшие здесь во время бретонского восстания шуанов. После смерти Людовика XVI (в начале 1793 года) гостеприимством и доверием хозяев этого дома воспользовался доктор Шеветель, которого маркиз де Ля Руэри очень долго считал своим другом. Но этот «друг» не имел иной цели, кроме как подавить бретонское восстание и захватить его руководителя. Еще бы – ему за это очень щедро заплатили!

В конце января 1793 года (в ночь с 29-го на 30-е) Ля Руэри умер в замке Ла Гюйомарэ в Сен-Денуале, что в десяти лье от Динара. Еще во время болезни маркиза в замке проводился обыск, и тогда пришлось его прятать. Теперь солдаты могли вернуться, и пришлось бы прятать уже его труп, который так и не смогли похоронить согласно христианским обычаям. В конце концов, его просто закопали в парке Ля Гюйомарэ, рядом с большими цветочными клумбами.

После себя Ля Руэри оставил очень важные бумаги, содержавшие сведения об организации восстания, в том числе имена участников. Месье де Ла Гюйомарэ решил отправить Пьера, преданного слугу маркиза, в Ля Фосс-Анжан, чтобы сообщить о происшедшем Марку Дезилль де Камбернону, владельцу поместья, бывшему одновременно и казначеем контрреволюционной организации. При этом Пьер принес месье Дезиллю и оставшиеся бумаги. Это было логично, и Ля Гюйомарэ не мог и на мгновение представить, что такой поступок повлечет за собой столь драматические события, причем как у него в поместье, так и в особняках его друзей.

Марк Дезилль, уже упомянутый в связи с Ля Руэри, жил в Ля Фосс-Анжане с 1770 года, унаследовав его от деда, Жозефа Трюбле де Нермона. Он жил там со своей женой, Жанной, урожденной Пико де Клоривьер. У них было четверо детей: Жанна, вышедшая замуж за месье Дюфрен де Виреля, Анжелика – за месье де Ля Фонше, Мария-Тереза – за месье д’Аллерака, и, наконец, сын Андре, которого убили в Нанси во время восстания его полка… Это были благородные и добрые люди, и никто из них и заподозрить не мог, что любезный доктор Шеветель, в котором они всегда видели преданного друга и которого принимали с такой радостью, только и мечтает о том, как бы отправить их всех на эшафот.

Пьер поведал Дезиллям и Шеветелю о смерти своего хозяина и его трагическом погребении – тело было присыпано известью, чтобы ускорить разложение. Он рассказал также, что секрет его погребения будет сохранен, если только садовник, помогавший зарыть тело, не будет слишком много пить… Шеветель все это внимательно слушал. Конечно, Ля Руэри был мертв, но если удастся заставить говорить садовника и найти могилу, то этим можно будет скомпрометировать все семейство Ля Гюйомарэ.