До «Мидийного места» я дошла достаточно быстро. Предварительно прошлась вдоль огромных окон-витрин, где были изображены тонкими белыми линиями все обитатели морских глубин и широт во всей своей красе, потом открыла дверь и тихо вошла. Быстро окинула взглядом все вокруг – Мити еще не было.

Я села за самый дальний столик, практически в самом углу – отсюда мне открывался вид на весь ресторан, а я была не совсем на виду. Вскорости подошел официант, протянул меню в красивой обложке с тиснением. Для отвода глаз я сделала скромный заказ. Когда он хотел забрать у меня меню, я попросила оставить, мол, подумаю еще над заказом, пока не могу определиться с тем, чего мне хочется сейчас больше всего.

Услужливый юноша начал что-то было мне предлагать на свой вкус, рассказывать, что заказывают чаще и что является излюбленным блюдом многих гостей, но я его остановила. Помощники в этом деле мне не только не нужны, но и сейчас оказались бы совсем некстати. А вот папочка с меню может послужить хорошим укрытием для отвода глаз.

Настенные часы глухо, словно корабельный колокол, пробили три раза. Никто из новых посетителей так и не соизволил появиться.

Полчаса я просидела, смакуя крошечную порцию мидий в изысканном нежном соусе. Потом, поняв, что сегодня никто, по непонятным мне причинам, так и не придет, я попросила воды с лимоном и счет. Странно, очень странно. Неужели я перепутала место встречи? Да нет, другого ресторанчика с подобным названием не существует. Все это очень и очень странно.

Что ж, надо подумать, где же я тогда могу отыскать Митю. Надо было в поезде или на месте в отеле хотя бы телефонами обменяться. Вот я клуша, растаяла от внимания, что ли? Или это на меня так морской воздух влияет?

Глава 6

Я вышла из ресторанчика и пошла куда глаза глядят. А глядели они в сторону центральной набережной, где сейчас стали прибавляться гуляющие. От нечего делать и от сумбура мыслей в голове я заходила во все крохотные магазинчики, которые мне сейчас встречались. Спонтанные покупки милых безделушек меня успокаивали всегда. Понятное дело, что среди них сейчас я не отыщу оружия или интересных средств защиты, но все же.

Я купила для Милы магнитик в виде свернутого блина, из которого высыпалась красная икра, и небольшую картинку на спиле дерева, где был изображен вид с моря на Сорочинск – она любит такие штучки. Потом набрела на лавку с разными специями и сразу растерялась – я же в них ничего не понимаю. Но ловкий продавец – юноша восточного типа неопределенного возраста, когда узнал, что я хочу сделать приятное тетушке-кулинару, быстренько навертел мне всяких бумажных кулечков, мешочков, в которые играючи насыпал разноцветные горки специй, что-то проговаривая, наверное на заморском или волшебном, языке себе под нос:

– Орегано, кориандр, куркума, базилик, тмин, паприка, зира, уцхо-сунели…

Я прислушалась, и мое ухо уловило даже знакомые слова – барбарис, кинза, имбирь. Угу, значит, этот продавец, так смахивающий на Аладдина из советского фильма, который я безумно любила в детстве, просто называет те специи, которые он мне накладывает.

Я улыбнулась и, поддавшись внезапному порыву, сказала ему:

– Надо же, сколько приправ бывает! Я-то подумала, что вы какое-то заклинание читаете или колдуете, а это все названия. Интересно.

Юноша поднял на меня свои огромные бездонные черные глаза, которые сейчас были похожи на переспелые черешни, и сказал:

– Я колдовать не умею, лишь только гадаю. И то не всем. Но тебе сейчас скажу про будущее. – Он ненадолго замолчал и продолжил, словно читая в воздухе невидимые строки: – То, что ты будешь в скором времени искать, найдется, но потеря тебе не принадлежит; тот, кто рядом с тобой, – подкидыш; радость твоя будет на море-океане, на острове Буяне.