– А что с его бизнесом? Как связаны станции техобслуживания и сафари-парк? – задала я мучивший меня сейчас вопрос.

– А он обменял свой бизнес на вот это место, – паренек обвел рукой пространство, где мы сейчас находились. – Здесь когда-то был санаторий, в советское еще время, потом его забросили, как водится. Местные немного поживились – растащили что кому приглянулось. А он потихоньку его восстанавливает, делает пригодным для туристов, развивает новый бизнес, так сказать. Но есть в нем что-то такое, что не отталкивает, но заставляет насторожиться.

– Что именно? – удивилась я. – Сергей Николаевич очень приятный человек, согласился нас проконсультировать, сразу помочь. А ведь мы совсем посторонние люди и даже не были знакомы и пришли просто с улицы, без всякого блата, без звонков.

– Это да… – согласился с нами паренек. – Он вроде хороший, но складывается ощущение, что эта хорошесть – скафандр инопланетянина. Вроде он как влезает в него и ходит весь день.

– А по ночам вылезает? И ищет кого бы сожрать, – засмеялся Митя.

Да, мне тоже никак не верилось в то, что у такого человека могут быть темные стороны. Он просто слишком разговорчивый, любит свое дело и хочет рассказать о нем во всех подробностях тому, кто готов его выслушать, вот и все.

– Кстати, а где находится зона карантина? – вдруг спросил Митя охранника.

– Да здесь неподалеку, за парком «Чистые пруды», пройти через него, срезать дорожку, выйдете напротив железнодорожных путей, через них переберетесь и будете на месте, – охранник нам это все рассказал, а потом вдруг всполошился: – А вам-то это зачем?

Митя глянул на меня. Я поняла ход его мыслей. Проверить, не там ли лювак, тоже стоило, но не будем же мы открыто об этом заявлять.

Митя выкрутился совсем неожиданно:

– Сергей Николаевич рассказывал, что там он свой первый зоопарк открыл, «Джуманджи». Интересно глянуть, с чего все начиналось.

– А-а-а, понятно все с вами, – оттаял охранник. – Ну, любопытство – это не порок, это завсегда пожалуйста. На территорию-то вряд ли вас пустят, а вот рядом побродить, само место посмотреть – это завсегда пожалуйста. А вы вообще чего хотели-то? В сафари-парк? Так вам это, билет нужно взять, только обогнуть стену придется – касса у нас там.

– Нет, в вашем заведении мы уже были. Нам бы просто увидеть профессора Половинкина, поговорить с ним.

– Ну дак пройдите, возьмите билет, и все. Профессор на территории неподалеку.

– А вы могли бы его позвать или позвонить? Скажите, что его спрашивают Евгения и Митя.

– Ну ладно, сейчас позову. Он тут рядышком должен быть. С утра крокодилов ловил в роще, наши ему помогали. Хорошо, что молоденькие только убежали, далеко не спрятались. Он всех выловил, да в отдельный отсек посадил. Опять стена рухнула.

Я не придала значению словам охранника, уже устав сегодня от всеобщей болтовни. Но в разговоре меня опять что-то царапнуло: какое-то слово, фраза, я не понимала, что именно здесь не так. Но потом, списав все на сильные переживания, решила об этом не думать совсем.

Профессор показался на тропинке, он шел уверенным шагом и о чем-то достаточно весело беседовал с охранником.

При виде нас его выражение лица ничуточки не поменялось, чем я была несказанно удивлена.