— Он очнулся, Хеквин — зашипел ящер. — Вколи ему еще!

— Что ты мелешь, от такой дозы транквилизатора умереть можно. А ты говоришь, что старик очнулся? Хм, и вправду пришел в себя.

— Он не старик! Говорю тебе, мы взяли не того!

— Ну что ты мелешь, он это, больше некому? Мирцех? Мирцех! Псион? Псион! Боевой? Да чтоб меня в космос выкинули, если он не даст фору целому десантному отделению! Он это, тот самый профессор, за которого живьем дают сто тысяч, а за мертвого только пятьдесят.

— А его клинки? Это не Зеленщик, это какой-то его ученик!

— Может так, а может и нет, но терять верные пятьдесят тысч я не собираюсь, дотащим его до яйцеголовых и проверим. Он — хорошо. Нет — шлепнем.

— Убей его сейчас! Зеленщик это второй, тот что зажат в рубке, он старый, он слабый, он с целой группой. Я говорю правду, я в отличии от некоторых не спал во время инструктажа!

— Ну какой нормальный начальник попреться работать? На это первый помощник есть, а сам профессор намеревался не вылезать из корабля да мы помешали. Так что заткнись пока я тебе не прибила, с таких денег я выплачу виру с большой радостью!

— Продешевили, — пробормотал я и нанес телепатический удар, который, впрочем, заставил моего четвероногого конвоира лишь недовольно зашипеть.

— Знаю, — раздраженно отозвался кентавр, — а раз рыпаешься то сильно я тебя недооценила ну ничего, сейчас успокою…

Не дожидаясь пока существо женского пола и неизвестной расы приведет свою угрозу в действие, я крутанулся вперед, подсекая ей ноги. Человек бы сбить эту тушу не смог, а киборгу производства фелов хватит сил и автомобиль опрокинуть. Мои лезвия на руках были плотно примотаны к туловищу, но обрушить ботинки прямо на голову собеседнице мне не успели помешать. Громко хрустнуло, а я уже пытался встать с тем, чтобы протаранить головой рептилоида. Тот не будь дураком уже достал пистолет и открыл по мне шквальный огонь. Больно, но почти безвредно, подобный импульсный душ всего из одноного излучателя я, будучи облаченным в скафандр, способен выдерживать с минуту, а то и дольше. Да и без него — не фатально.

Ящер улетел на пол, похоже лишившись сознания, а я предстал пред новыми противниками, которым до этого мешал открыть огонь инопланетянин: два человекоподобных робота синхронно выпалили из излучателей, еле успел броситься на пол и скомандовать им повернуться лицом друг к другу. На этот раз сработало, видимо мою псионическую атаку, оказавшуюся абсолютно бесполезной при обороне корабля, гасили живые, а не машинерия. Как же у них это получалось? Все потуги воздействовать на сознание штурмующих были почти бесполезны до тех пор, пока они не подобрались ко мне на расстояние вытянутой руки, а там уж включилась жажда крови и воспоминания становятся расплывчатыми. Кажется, один из них, пытающийся воспользоваться каким-то нелепым оружием, словив мой приказ, все же совершил самоубийство, а у второго, попытавшего контратаковать в том же псионическом диапазоне, не выдержало сердце? А вот с теми роботами пришлось повозиться, берсерк остался доволен. Пока я предавался воспоминаниям, андроиды пытались развернуться и все же перенести огонь по прямому назначению, но я, закаленный многочисленными ментальными поединками с минотавром, контроля не ослабил до тех пор, пока они не прекратили стрелять. Все, один перегорел, второго добью клинком. Механические мозги, биологические — нет разницы что контролировать. Точнее для меня нет. Для обычных псионов, как я с удивлением узнал, это совсем разные дисциплины. Прекрасно, теперь займемся допросом выжившего, надеюсь, я его не слишком сильно ушиб? Нет, шевелиться, значит ничего страшного.