Сол икнул и сполз на пол. Блин. Кажется, ему плохо с сердцем стало! Похлопал по щекам. Ноль эмоций. Ну не искусственное же дыхание же ему делать? Взял его на руки и пошел по запаху воды вглубь квартиры. Нашел кухню, открыл кран и набрал полный бокал. Подумал, сконцентрировался и представил, что моя кожа принимает черный цвет. Так хоть не буду похож на извращенца. Вылил воду ученому на голову. Помогло.

— Привидится же, — пробормотал он и открыв глаза увидел меня. Побледнел, зажмурился и помотал головой.

— Я реальный, — убедил я его, — если хотите в качестве доказательства могу второй стакан воды вылить.

— Я надеюсь это студенческая шутка такая? — со вздохом спросил Сол, — Скажите, что это так и я даже не буду допытываться, какому умнику пришла идея маскироваться под ассасина-диверсанта и как он такого добился. Просто не глядя, поставлю любую оценку, идентификатор у меня на запястье, если хотите, можете его унести с собой.

Блин! Расколол. С одного взгляда расколол. Ну и профи. Уважаю, блин, даже готов простить ему свое ожидание на лестничной клетке.

— А как вы узнали?

— Что?

— Что я ассасин.

Профессор вгляделся в меня так пристально, словно надеялся прочесть мои мысли. Не получиться, он этого не умеет. Во всяком случае, официально.

— За что? — спросил он, — Я же уже давно никаких исследований не веду, возраст не тот. И Пророка не оскорблял. И вообще больше месяца фелов живьем не видел! Ну что я такого сделал?!

Я всем своим видом изобразил невинность. Получилось видимо плохо.

— Успокойтесь профессор, я не собираюсь вас убивать.

— Вы ассасин?

— Да.

— Не собираетесь?

— Нет.

— Сдохни!

От псиона воздух по направлению ко мне пошел рябью. Бокал, который я так и не выпустил из рук, рассыпался прахом. Стенка позади меня почернела и пошла трещинами. А мне пофигу. С моим сопротивлением псионике на прямые воздействия чихать я хотел с присвистом. Вот будь это телекинез или пирокинез, пришлось бы побеспокоиться. А этот фокус, представляющий из себя, по сути, ускорение процессов гниения, разложения и распада, направляемый волей псиона меня не коснулся. Дыхание времени называется. Его любимый прием на полувоенных соревнованиях, исполняемый, к слову на весьма высоком уровне. Хорошо все же иметь в команде хакера, который может выяснить все слабые и сильные стороны цели.

— Профессор, а я ведь могу и обидеться, — вздохнул я, — так может, лучше просто поговорим для начала? Свои способности можете больше не напрягать, бесполезно. Итак, как вы поняли кто я такой?

— Я вас не ощущал. Не слышал жизнь.

— Ну и?

— Единственное живое существо, что может обмануть целителя моего уровня с такой дистанции — ассасин-диверсант. Даже шпиона я почую, пусть и приму за нечто совсем другое. Киднепера, штурмовика или камикадзе засеку на дистанции в пятьдесят метров и выше как слабых псионов. Осквернителя вблизи вообще распознаю.

Ого, оказывается, сколько у меня было путей развития! Хорошо, что я не камикадзе. Не хочу быть живой бомбой. Хотя само слово мне нравиться. Звучное.

— Понятно. Вы в институт сильно торопитесь?

— А я туда попаду?

— Безусловно. Только по пути к нам еще один попутчик присоединится.

— А он кто?

— Шпион. У нас к вам есть парочка профессиональных вопросов.

— Но я уже давно не знаю никаких секретов! Приди вы лет пятьдесят назад, может быть это и имело бы какой-нибудь смысл, да и то вряд ли.