Именно на эти противоречия и рассчитывал Салис, когда шел к Молчуну. Тем более, что сын Молчуна, как бы цинично это не звучало, пострадал от миссионеров.

Он на себе испытал подготовительный этап «Проекта». Обратить врага, своего врага в союзника — это большая удача.

Альверонская резиденция Молчуна находилась в тихом районе «Жемчужные россыпи» и занимала весь четвертый этаж. Дверь лифта открылась и перед Салисом предстал здоровый детина фербиец, в строгом черном балахоне, с едва заметным за ухом проводом наушника.

— Здрасти, — сказал Салис и улыбнулся.

Детина осмотрел с ног до головы небритого фербийца, в трениках и майке, и в некоторой нерешительности сказал неприветливо:

— Здравствуйте.

Наверное, это ему стоило больших трудов. Но в последнюю секунду он решил не торопиться с выводами. Может этот бомж стукачок и пришел с важной новостью.

В руках у гостя была красная папочка. Подошел второй детина. Ума и выдержки у него было еще меньше чем у первого.

— Чего надо?

— Лоун Салис, инспектор имперского сыска. Мне нужен Молчун.

— Здесь не лесничество, ты этажом ошибся.

Охрана просто отказывалась задумываться. Она нависала над небритым фербийцем, который решил, что если он назовется законником, то его везде пропустят.

— Фу! — громко сказал Салис. — Команды фас еще не было. А теперь скажи папе, что к нему пришел Салис. И прыжками! У меня мало времени.

Справедливо рассудив, что голову обнаглевшему бомжу они оторвать всегда успеют, один из охранников достал радиостанцию, и сообщил о госте.

Дверь распахнулась, из нее вышел молодой фербиец, лет двадцати пяти. На его лице прямо таки была печать высшего образования. Салис предположил, что это новый адвокат Молчуна. Юноша поздоровался и представился. Его звали Айламосом. Айламос сказал что инспектора ожидают и проводил гостя в апартаменты. Охрана осталась на посту. Пока Лоуна вели по коридору, он дважды встретился взглядом с милейшими ребятами, готовыми в любую секунду перегрызть ему горло.

Дверь в комнату открылась. Молчун, наливавший в стакан Текилу, обернулся и замер рассматривая лицо инспектора. Салис про себя отметил, что Тайлон сильно постарел. А может последние событие оставило такой след.

— Ну, здравствуй что ли, — сказал Салис.

— Здравствуй, — без каких либо эмоций ответил Молчун. — Выпьешь?

— Выпью.

Айламос жестом руки пригласил инспектора присесть на диван. Молчун налил в два стограммовых стаканчика Текилу и, обхватив их сверху поднес к столику, стоявшему возле дивана. В левой руке он держал блюдце с нарезанным дольками лимоном и солонкой, стоящей по средине.

— За встречу, — сказал Молчун, передавая инспектору стаканчик.

— За нее, — подтвердил Лоун и следом за Молчуном насыпал соль на тыльную сторону ладони.

Разбойник и законник одновременно слизнули соль, проглотили Текилу и зажевали ее лимоном.

— Зачем пожаловал? — спросил Молчун.

— Есть один большой разговор. Это адвокат? — Салис кивнул в сторону Айламоса.

Молчун утвердительно мотнул головой. — Отправь его. Дело серьезное. Я пришел к тебе за помощью.

— Дожили, — подняв брови невесело заключил Молчун. — Сыщик у вора помощи просит. Оставь нас, — сказал он Айламосу. — Инспектор при тебе стесняется.

Ему неловко.

Салис отправил в рот еще одну дольку лимона. Айламос вышел из комнаты, закрыл за собой дверь.

— Знаю, какое горе у тебя в семье, Тайлон. Именно поэтому и пришел к тебе. Ты должен понять, в чем здесь дело.