— Я могу вам чем-нибудь помочь? — послышалось за спиной.

Имперские сыщики обернулись. Перед ними стоял невысокий, слегка полноватый землянин, с густой каштановой шевелюрой. На лацкане его пиджака был прикреплен маленький крест, из желтого, блестящего металла. Мужчина улыбался белозубой улыбкой. Салис осторожно, в пределах приличия рассматривал улыбчивого.

— Что привело вас в храм «Всемилостивого Христа»? У вас, наверное, есть вопросы, на которые вы хотели бы получить ответы?

Лоун собрался предъявить голубой ромб и уже приоткрыл рот, чтобы представиться, но Монлис сделал шаг в сторону и на пол корпуса заслонил собой инспектора.

Салис сильно удивился, но пока он соображал, что происходит, Монлис заговорил с миссионером.

— Вот… Проходили мимо, увидели открытые двери храма, решили зайти.

Салис закрыл рот и скрестил руки за спиной, нервно потирая ромб пальцами правой руки.

— И правильно сделали, что зашли, — продолжал масляно вещать миссионер.

— Каждый однажды приходит к Богу. Приходите к нам в воскресенье, к десяти часам и здесь вы получите ответы на все вопросы. Потому что отвечать на них будет Господь.

— Как это? — удивился Монлис, прикинувшись шлангом.

— Ну не сам Господь, естественно, — улыбался проповедник, — а моими устами.

— А-а-а… — изобразил догадку Монлис.

Салис бережно отстранил напарника в сторону.

— Это он проходил мимо, а я из имперского сыска. Инспектор Салис.

Говоря это, Салис почти под нос сунул миссионеру голубой ромб. Тот ничуть не смутился и продолжал лыбиться.

— Вот как? И чем, так сказать, обязаны?

— Ничего конкретного, — казенным тоном заявил Салис. — Выборочная проверка.

Выявление сект, в которых применяются насильственные действия в отношении граждан Империи.

— Понятно, — улыбнулся проповедник. — Но у нас не секта, а церковь. Я надеюсь, вы понимаете разницу между сектой и церковью?

— Конечно, — ответил Салис. — Церковь — это когда над куполами крест, а под куполами колокола.

— Это не совсем так, — снисходительно заметил проповедник. — Но я думаю, что дискуссия по данному вопросу вас не сильно интересует. Поэтому будет проще, если вы пройдете в мой офис и я покажу вам все документы, разрешающие нашу деятельность в Империи.

— А вы сами, собственно, кто?

— Я проповедник, — ответил улыбчивый с легким поклоном головы. — Моими устами говорит Христос.

Документы естественно оказались в порядке. Все печати стояли на своих местах, все подписи были собраны. Салис сказал большое спасибо, объявил, что все в порядке, пожелал успехов и попрощавшись направился к выходу.

Шальшок шел немного сзади.

— О чем задумался? — спросил Салис, когда они вышли на улицу.

— Интересно, — сказал Монлис, — а он об этом знает?

— Кто?

— Христос. Что здесь он говорит чьими-то устами.

Большой, темно-синий автобус, с занавешенными окнами стоял во дворе тренировочной базы русской антитеррористической бригады. Бойцы, задрав черные маски до лба, стояли двумя не большими группами, курили, травили байки. Неверов топтался возле микроавтобуса и разговаривал с капитаном, когда «Фаэтон» Салиса лихо заложил дугу и остановился рядом с ними.

Имперские сыщики вышли из машины и поздоровались с русскими волкодавами.

Неверов представил новых знакомых.