— Что ты задумал? — спросил Салис. У него вдруг появились плохие предчувствия.

— Потом, — сказал Шальшок и вышел из машины.

Инспектор проводил напарника взглядом до дверей бара. Как только Шальшок скрылся из вида Салис достал «Гром», извлек обойму, проверил патроны, вставил обойму в пистолет, передернул затворную рамку и, отведя в сторону полу тофраги, засунул пистолет за ремень с правой стороны. После этого инспектор запустил руку под сиденье и достал старенький Кольт. Кольт, несмотря на свои семьдесят лет, был в очень хорошем состоянии. Однажды, при обыске у одного малолетнего придурка, Салис изъял его и незаконно присвоил. Откинув в сторону барабан Лоун проверил все ли патроны на месте, рывком вернул барабан на место и подавшись немного вперед спрятал кольт за спину. Через минуту Салис вышел из «Фаэтона» и не торопясь пошел к дверям бара.

Зайдя в «Эллипс», Монлис, озираясь по сторонам, ленивой походкой прошел мимо столиков и занял место у барной стойки. Вокально-инструментальный ансамбль ударил по струнам и симпатичная фербийка душевно затянула «Холодные звезды». «Странно, как долго могут жить песни, — подумал Монлис».

— Желаете, что-нибудь? — осведомился бармен фербиец.

— Кружку пива, — взглянув на бармена, сказал Шальшок, и снова развернулся к залу, опершись о стойку спиной.

Желающие потанцевать вышли в центр зала и в медленном танце слились с электрическими звуками гитар. Взгляд Монлиса искал Пескару и никак не мог его найти. За четвертым столиком справа сидела землянка с обалденной фигурой. Как будто бы она выходила из такси, подумал Монлис, но с уверенностью утверждать он не мог. Тем более что Пескары рядом не было, женщина сидела в одиночестве. За столиками справа и слева сидели по два головореза, которые запросто могли исполнить роль телохранителей. Но где же тогда Пескара?

— Ваше пиво, — сказал бармен.

Шальшок обернулся, положил деньги на стойку, взял кружку, с удовольствием сделал три больших глотка и принялся рассматривать зал более тщательно.

Из коридорчика, что был в правом ближнем к барной стойке углу, такой же ленивой походкой какой шел от машины, вышел Пескара и направился к столику, где сидела землянка с обалденной фигурой.

Монлис облегченно вздохнул и довольный тем, что не ошибся, сделал еще один глоток волшебного напитка.

Подходя к столику испанец улыбнулся и обошел его со стороны своей подружки.

Скользнув рукой по ее шее, щеке, коснувшись пальцами прелестного ушка, Пескара опустился на стул, спиной к Монлису и приступил к ужину, который принесли минуту назад. Монлис допил пиво и пошел в туалетную комнату.

Выйдя из коридорчика Монлис остановился и еще раз оценил обстановку. Энрике сидел за столиком со своей подружкой, охрана, сидя за столиками по бокам от хозяина, потягивала через соломинку апельсиновый сок. Монлис миловидно улыбнулся и пошатываясь с этой улыбкой двинулся в сторону испанца. Когда он приблизился охрана несколько насторожилась, но руки фербийца были пусты и охрана продолжала наблюдать, готовая принять меры в любую секунду. Когда между испанцем и инспектором осталась пара шагов, один из телохранителей медленно поднялся со стула. Пескара заметил это, но было уже поздно. Пальцами правой руки Монлис коснулся его шеи. Почувствовав на шее прикосновение, Пескара вздрогнул и втянул голову в плечи. Монлис левой рукой взял испанца за подбородок и взасос поцеловал его в губы. Пескара оцепенел от такого фокуса и смог лишь только несколько раз словно крыльями взмахнуть руками с растопыренными пальцами. Телохранители замерли и в недоумении переглянулись.

Однополая любовь среди фербийцев была чрезвычайно редка, тем более любовь фербийца и землянина…

Сделав задуманное Монлис отпустил Пескару и, мило улыбаясь, посмотрел в его ошалевшие глаза.