— Но вы же не охотник? — прищурился Страхов.

— Откуда известно? — оскорбился Медведев. — Будто на зайцев только и охотники ходят. Захотел, вот и купил, у нас тут зайцев пропасть сколько развелось!

— Хорошо-хорошо, проверим, — не стал спорить Страхов.

Кроме бутылки ликера да патронов больше ничего подозрительного не обнаружили. Значит, у Медведева точно где-то схрон, а возможно, и не один. Что покажет экспертиза патронов, ведь дробинок с места происшествия изъято немало, только из тела участкового несколько десятков…

Из предосторожности Медведева поместили в камеру предварительного заключения Верхнемамонского отдела милиции. Максимум за десять дней ему надо было предъявить обвинение. Подследственного допрашивал Кусенев, изучением связей Медведева занимались Страхов, Свиридов и другие оперативники. Через сутки Медведева все же перевезли в Россошь. Работа продолжалась.

При отработке связей Медведева в поле зрения оперативников попал некто Вячеслав Комов, по кличке Хома. Медведева и Комова иногда видели вместе, как после работы они куда-то уезжали на машине. Проверкой установили, что Комов ранее судим за хулиганство. Отбыв наказание, женился, у него две дочери. Работал шофером в строительной организации, а как только она распалась, устроился бойцом на местный мясокомбинат. Выяснилось, что Комов оказывал активную помощь работникам милиции при проведении рейдов по розыску угонщиков машин и грабителей магазинов. Когда установили его связь с Медведевым, то решили проверить, были ли в дни рейдов угоны и случаи ограбления? Оказалось, что не было! Появилось подозрение, что Комов или предупреждал бандитов о планируемых милицией рейдах, или даже сам являлся участником бандгруппы. Однако конкретных доказательств его причастности к данным преступлениям у оперативников не было, а значит, и не было оснований для его задержания. Появившиеся факты требовали своей отработки.

Допрашивать Медведева было непросто. Он замкнулся в себе, а если и отвечал, то кратко и однозначно: чаще — нет, или — не знаю. Причастность к угону автомашин и разбойным нападениям полностью отрицал.

Как хотелось Кусеневу высказать ему все, что о нем думает, но нельзя, и приходилось сдерживаться. Человек с двойным дном страшен и опасен: днем он как все, а ночью — грабитель. Кусенев задавал вопросы, уточнял, выяснял и вновь задавал вопросы.

— Вы подтверждаете, что патроны купили в Верхнем Мамоне?

— Да, там покупал.

— Но их в Верхнем Мамоне не было, они в охотобщество не поступали.

— Не знаю, но, кажется, там покупал.

— Экспертиза показала, что такие патроны были только в Россошанском охотобществе. Может, перепутали?

— Нет, тут не покупал.

— Тогда как объяснить, что дробью из таких патронов был ранен участковый Дронов при ограблении бандой магазина?

— Не знаю. Это совпадение.

— Поясняю: почти все патроны местного охотобщества были украдены в день их поступления. Их не продавали. Как они оказались у вас?

— Я тут не при чем.

— Так все же, где вы их покупали?

— Надо подумать. — Медведев опять замкнулся, так ничего и не пояснив по патронам.

Вновь вопрос, теперь о бутылке ликера. Как бутылка из ограбленного магазина оказалась в квартире Медведева?

— Это жена покупала, — не поднимая глаз, бубнит Медведев.

— Но она это отрицает.

— Ничего не знаю.

В камеру к нему подсадили своего человека. Тот вошел к Медведеву в доверие и на второй день передал, что крановщика задержали правильно. Он и с ним два подельника грабили магазины, кассы, почты, погреба жителей района. Один подельник недавно уехал в Москву, а за другого Медведев не беспокоится, тот был судим и язык не развяжет.