— Ага, договорились, — кивнула Таня, сцапала подругу за локоть и повела за собой: — У вас что, так ничего и не было?

— Не знаю, Танюша, — пожала плечами Светлана. — Я спала. Но по-моему этот типтус бы занят, и преизрядно.

— Вот, блин, обидно как! А нам после обеда номер уже сдавать. Теперь ничего и не успеем. Выходит, зря я тебя таскала?

— Почему зря? — удивилась Света. — На лыжах покатались славно. И на «ватрушках» мне тоже понравилось. С сексом больше из-за работы облом получился. Если бы не форум, я бы этому клоуну так расслабиться не дала. Так что не бери в голову. Хорошо освежились, от города отдохнули.

— А может, того? — оживилась Таня. — Может, после обеда еще на ватрушках покатаемся? Куда нам спешить? Дети с мужьями Москве ложками по кастрюлям не стучат, на работу с утра нестись не надо. Уедем чуть попозже, только и всего…

На обед они снова почти собрались за общим столом. «Почти» — потому что Виктор в ресторане так и не появился. Таня же с Пашей постоянно перебрасывались такими бесовскими взглядами, что Лана ничуть не удивилась, когда подруга попросилась на полчасика отлучиться, а парень быстро ушел следом. Хорошо хоть, не обманула и через полчаса действительно вернулась. Вместе они перенесли вещи в номер молодых людей, после чего отправились на горки и прокатались на «ватрушках» до первых сумерек.

Склон, разумеется, имел хорошее искусственное освещение — но часы неумолимо отсчитывали приближение ночи, и, хочешь не хочешь, девушкам все же пришлось переодеваться, забирать свои вещи и топать на автобусную остановку. Паша помог отнести чемодан и рюкзак, подождал транспорта вместе с ними. Лана старательно смотрела на дорогу, пока эта парочка обжималась и целовалась, о чем-то страстно шепчась. Таня попискивала, иногда тихо смеясь, и постоянно отнекивалась… Пока вдруг не сказала:

— Свет, мы тут отойдем ненадолго. Ты это… Если автобус будет, ты меня не жди, поезжай!

— Ладно, не буду, — вздохнула Лана.

— Света, Светочка, Светлячок… — подскочила к ней девушка, схватила за руки. — Не сердись на меня, ладно? Не сердись на меня, дурочку такую… — Она наклонилась вперед, упершись лбом ей в лоб: — А вдруг это судьба?

— Да беги уж, все с тобой понятно, — отмахнулась девушка.

— Я люблю тебя, Лана! — громко крикнула Таня, чмокнула ее в щеку и перебежала к молодому человеку.

Павел поставил на колесики ее чемодан, и парочка быстрым шагом скрылась в направлении ярко освещенного корпуса.

На остановке же было темно. Подмораживало, снег все громче и злее хрустел под ногами, поземка забиралась под куртку и заметала автобусное кольцо с высокими, ребристыми следами колес — а дорога по-прежнему оставалась темной и мрачной.

— Что за проклятье? — Девушка полезла за телефоном. Тот показал уже восемь часов вечера. А ведь ей еще нужно было пересесть на московский автобус! Или, может, лучше попытаться уехать на поезде? В Осташкове ведь должен быть вокзал!

Из темноты на дороге проступили три медленно бредущие фигуры. Мужики, одетые в одинаковые синие спецовки и ушанки со смотанными на затылках завязками направлялись мимо спортивной базы к темным хозяйственным зданиям за автобусным кольцом и явно были на работе — один даже нес на плече пластиковую снегоуборочную лопату. Так что девушка особого внимания на них не обратила. Работники тоже почти пробрели мимо, когда один вдруг окликнул:

— Э, женщина, чего тут мерзнешь? Пошли с нами, в котельной погреемся!

Лана отвернулась, чем неожиданно вызвала недовольство мужиков:

— Чё, и поговорить брезгуешь? Нормальные мужики тебе не по нраву?

— Ишь, прошмондовка.