Даже сейчас, поймав его взгляд? Он что то шепчет ей, а смотрит на меня, прямым взглядом в глаза, и я сама не понимаю, что происходит. Я как будто чувствую, что это не по её телу, а по моему скользят его пальцы. И почему то воздуха в груди становится катастрофически мало, а кожа начинает гореть именно в этих местах. Тяжело дышу и приказываю себе отвести взгляд. И не отвожу. Как и он. Что он ей сейчас шепчет? Как будет ласкать этой ночью? Какая она классная, отпадная, неповторимая?

Нервно облизываю пересохшие губы. И мужчина на мгновенье опускает на них глаза, щурясь. А потом снова смотрит на меня. Знаю, это игра моего воображения, вряд ли в этой постоянной смене красок я могу видеть цвет его глаз, хотя мы стоим в стороне от танцпола. Но мне кажется, что они темнеют, а через мгновение мужчина, резко развернувшись, уходит, таща за собой кудрявую подругу. Я вдруг чувствую себя нелепо, с трудом открыв бутылку, выпиваю сразу почти половину.

Что это вообще сейчас было? Тряхнув головой, словно отгоняя наваждение, иду к столику. Марина сидит между Глебом и Саввой, весело смеётся, отмечаю, что она за время моего отсутствии успела выпить первый коктейль и уже допивает второй. Кажется, присмотр и впрямь не помешает. Сажусь рядом с Саввой и некоторое время молча наблюдаю.

Марина ведёт себя довольно развязно, хотя и не позволяет лишнего. Но симпатию, блин, выказывает обоим парням. Я понимаю, конечно, что они близнецы, но все таки… Происходящее скоро начнёт тянуть на сюжет пошлых романов о любви на троих. Ребята таким, кстати, никогда не увлекались, и то, что сейчас они активно оказывают знаки внимания Марине, удивляет и напрягает одновременно. Потому утаскиваю Савву, чтобы расспросить.

– Ну чего ты, Аль, – тянет он, когда мы оказываемся рядом с курилкой, единственным местом, где не слышно музыку так громко.

– Ты мне скажи чего, – строго отвечаю, – зачем вы с братом клеите Марину?

Он фыркает.

– Глупости какие.

– Савва, она наш клиент, и хоть заказ уменьшился, деньги все равно приличные. А вы можете запросто сами себе испортить репутацию.

– Ой, Аль, только не надо нравоучений, – морщится Савва, выглядывая в зал. – Девчонка явно не против замутить, в чем проблема.

В том, что ее отец оторвёт вам обоим мужское достоинство – думается мне.

– Даже если и так, вы чего на неё набросились вдвоём?

Савва заводит глаза, снова выглядывая за угол.

– Слушай, Аль, ты этими разговорами всю малину мне обломаешь, и Глеб выиграет.

– Выиграет? – переспрашиваю его. – Что значит выиграет? – догадка приходит тут же. – Вы что, поспорили, кто её первый?…

Не договариваю, Савва усмехается:

– Ну это уж как зайдёт, систер, а вообще мы поспорили на то, кого она выберет. Так что не бузи, мне надо идти.

Он сбегает, и я не успеваю схватить его за руку, хотя и пытаюсь. Вот ведь два засранца!

Нет, вообще они ребята хорошие, просто немного легкомысленные. И вот в данном конкретном случае это может выйти боком всем нам.

Когда я подхожу, Глеб ставит перед Мариной третий бокал. Вот уж точно перебор.

Сажусь опять рядом с Саввой, но теперь активно включаюсь в разговор, то и дело перетягивая внимание на себя. Марине это быстро надоедает, и она встаёт.

– Хочу танцевать, кто со мной?

Приходится идти, потому что эти два прохво