Изменить размер шрифта - +
Чарлз сильно ушибся при падении. И хотя в последние три года Томми показал себя спокойным и осторожным жеребцом, отличавшимся к тому же живостью нрава и старательностью, Чарлз прекратил на некоторое время прогулки верхом.

Второе происшествие он счел не менее серьезным. В апрельском номере "Куотерли ревью" была помещена рецензия Уоллеса на десятое издание "Основ геологии" Лайеля и шестое издание его же "Элементов геологии". Похвалив Лайеля за отказ от возражений против теории эволюции, Уоллес добавил, что лично он придерживается того взгляда, что человеческий мозг, а также его органы речи и рука не могли эволюционизировать путем естественного отбора.

Чарлз поставил на полях "нет" и три раза подчеркнул, добавив несколько восклицательных знаков. Он почувствовал, что обязан сказать Уоллесу примерно так: "Я был бы уверен, что эти строки написал кто-то другой, если бы Вы не убедили меня в обратном. Как Вы и предполагали, я придерживаюсь прямо противоположного мнения".

За обедом у Дарвинов адмирал Джеймс Саливен сообщил им, что корабль "Нассау" проплыл через пролив Магеллана, достиг берегов Южной Америки и высадил экспедицию на берегу реки Галего. Там были обнаружены останки ископаемых животных. По возвращении находки были переданы для изучения Томасу Гексли. Гексли буквально поразил один уникальный экземпляр: это была челюсть млекопитающего, в которой сохранились почти все зубы. Было доказано, что челюсть принадлежит неизвестному дотоле млекопитающему размером с некрупную лошадь. Гексли немедленно сообщил об этом Дарвину: "Какие великолепные образцы диких животных, по всей видимости, обитали в Южной Америке".

В июне, после четырех месяцев напряженного труда, состояние здоровья Чарлза снова – как и год назад – ухудшилось, он был близок к истощению. Вместе с Эммой и пятью детьми он отправился в Северный Уэльс. Остановились в Бармуте, о котором у него остались теплые воспоминания еще со студенческих лет. Не хватало только Уильяма и Гораса: они не смогли выбраться. По дороге в Бармут заезжали в Шрусбери навестить Маунт. Нынешние владельцы провели их по дому. Он был заново обставлен и отделан. Когда экипаж вновь задребезжал по дороге, ведущей в Бармут, Чарлз сказал:

– Останься я в одиночестве в той теплице еще минут пять, то уверен, что увидел бы отца в его кресле на колесах с такой отчетливостью, как если бы он сидел тут, напротив меня.

В Бармуте они сняли хороший дом на северном берегу дельты реки, выходящей окнами на горную цепь напротив Кадер Идрис. Перед домом шли три длинные террасы, все засаженные розами и другими цветами. Чарлза одолевала апатия. Эмма ежедневно водила его за руку гулять. Террасы служили им для Этих прогулок: туда – по одной из них, обратно – по другой. Особое любопытство всей семьи вызывал велосипед, недавно привезенный из Парижа. Они никогда раньше не видели такой машины, и Чарлз сразу купил его для мальчиков. Недалеко проходила довольно ровная дорога, там сыновья и носились на двух колесах в свое удовольствие. Вскоре, однако, Ленард упал с велосипеда и сильно ушиб ногу. С тех пор машина только раздражала Эмму.

К концу июля они вернулись в Даун-Хаус. Чарлз возобновил работу над "Происхождением человека". Северный Уэльс несомненно оказал на него благотворное влияние. С августа он начал читать насквозь все готовые главы о половом отборе. Гексли прислал записку, в которой сообщал о своем выступлении на прошедшем заседании Британской ассоциации в Экстере. Его назначили президентом следующего заседания, которое было решено провести в 1870 году в Ливерпуле. С присущим ему беспощадным чувством юмора Гексли писал: "Как обычно, Ваши мерзкие ереси послужили средством ввергнуть меня во всяческие неприятности на заседании. Три священника нападали на Ваши идеи и оскандалились: будь Вы самым злорадным человеком на всем белом свете, клянусь, Вам не удалось бы более ловко оставить их в дураках".

Быстрый переход