— Ля, как стелит! — восхитился Балагур. — Ну, мне что, звать злого полицейского или ты ещё в доброго поиграть хочешь? Кто-то идёт! — выхватив нож, перемещается к входу, через который мы изначально попали в это помещение.

Молодец какой, расслышал, что внизу дверь скрипнула. Ну что ж, посмотрим кого принесла нелёгкая, кого-то весьма крупного, если верить скрипу ступеней под ногами поднимающегося существа.

Но вот прежде чем войти в проём, этот некто громко щёлкает языком. Балагур отвечает, подтверждая, что тут все свои. И на сцену выходит Сашка. И не просто так, а с грузом на плечах. Это оказывается не кто-то крупный, а всего лишь Лаки с подарочком.

— Кажется, это вы потеряли! — радостно скалится этот обормот. — Сижу, никого не трогаю, а тут эта. И как давай тикать по крышам.

— Но ты, я так понимаю, догнал, — одобрительно хлопает товарища по плечу Вован.

— Не-е-е… От меня может и свалила бы, поздно заметил, но от Пуха ещё никто не уходил, — аккуратно опускает ношу на пол.

— Кроме зайцев, — ржёт Балагур.

— Заяц, не заяц, но уши длинные, — Лаки откидывает капюшон с головы своей жертвы.

— Точно Пух ловил, — подтверждает Вовка. Поворачивая голову бессознательной девушки ко мне. Ухо болтается какими-то неприятными клочками. Тут явно были чьи-то зубы.

Не вините Пуха, он хороший. Просто натерпелся в этой жизни от ушастых. У него можно сказать психологическая травма. Его пожалеть надо и не мешать восстанавливать вселенскую справедливость. Ну не лечить же. Или у вас есть на примете профессиональный психолог, способный убедить Пушистика, что ушастые не зло. Лично у меня нет.

— Думаю, надо подлечить девушку, — дёрнув себя за губу, предлагает Лаки. — А то, как говорит один мой друг, сие не камильфо, и эстетики нет.

— Передразнивать начальство дурной тон. Ты в курсе? — пытаюсь изобразить суровый взгляд, но получается плохо.

— Ну, так чего сразу лечилку не дал? — интересуется Балагур

— То есть привести в чувство, полечить и снова вырубить, чтоб не брыкалась? Да вы оригинал, батенька.

— Отставить тупые шутки, — решаю прервать этот высокоинтеллектуальный разговор. — Дай ей зелье. А то и правда, девка красивая, а ухо как мочалка. Не камильфо.

— Лады, — Санёк тут же прижимает болевую точку и тельце убогое, тут же пытается вскочить, одновременно всадив локоть в нос, нашему сердобольному товарищу.

Бум-с. Шмяк. Ах сколько в этих звуках, сердцу близкого слилось. Лаки понятное дело не позволил бить себя по морде лица. Соответственно заехал дамочке кулаком в то самое повреждённое ухо. А далее по всем законам физики, она приземлилась. И почему-то опять на пострадавшую часть тела. Кажется это карма. Не ходите, дети, в бандиты, встретите Пуха, затем Лаки и будет вам больно.

— Не любят тебя бабы, Лаки, а всё потому, что ты женат, — выносит вердикт Балагур. — Чувствуют, что с тебя взять нечего.

— Это точно, — Сашка недовольно рассматривает испачканные костяшки, затем достав платок из кармана, принимается их оттирать. — Вот и пои её сам.

— Так надо было предварительно связать. А если бы по пути очнулась и как пырнула тебя ножом в спину.

— Да у меня как назло ни одной верёвочки с собой, утром забыл сумку с припасами. Хорошо хоть Пьеро хавчиком поделился.

— Ты как это умудрился? — удивляюсь.

И этот наглый, хамоватый и бессовестный тип, затянул тоненьким голоском:

— Возьми меня с собой, я буду незаметной, вдруг надо будет помочь, вдруг станет скучно, а я петь умею, могу даже сплясать.