— Ты волнуешься по пустякам, Кэт. Просто ты слишком много пережила за последние дни, когда мы искали дочь. Теперь мы знаем, что с ней все благополучно и она выходит замуж за человека, которого любит. Ты должна радоваться наступающему дню, а не ужасаться его наступлению.

— Я знаю, Майлс. Последний раз, когда у меня было такое чувство, я не придала ему значения. А на следующее утро мы обнаружили, что Эрик исчез. Наш младший сын сражается где-то там, в этой богом забытой Греции, и все потому, что я не прислушалась к опасениям в своей душе и не остановила его вовремя.

Майлс нежно обнял жену.

— Хорошо, любимая. На этот раз мы будем более осмотрительны. Прежде чем идти за свидетельством о браке к судье, я пошлю кого-нибудь на наш корабль. Пусть они пришлют нескольких членов команды охранять дом. Остальные будут готовить корабль к немедленному отплытию. Поговори с Джастином и предупреди его тоже на всякий случай. Все вместе мы позаботимся о том, чтобы день свадьбы нашей дочери прошел благополучно.

16.

— Джад, я надеюсь, что мои родители не проснутся и не пойдут тебя искать, — шептала Диана, впуская его к себе в комнату ночью. — Теперь, когда у тебя с папой наладились отношения, очень бы не хотелось снова их испортить.

Отдав книгу, которую он держал в руках, Джад обнял ее.

— Я прокрался сюда босиком, так что никто не слышал. Но на случай внезапной встречи с кем-нибудь я прихватил с собой эту книгу, чтобы сказать, что я ходил в библиотеку взять что-нибудь почитать, так как страдаю бессонницей. Я просто не мог заснуть, не поцеловав тебя на прощание. Только один поцелуй, и я удалюсь обратно в комнату твоего брата, обещаю тебе.

Диану не нужно было долго уговаривать. Обняв его, она прижалась губами к его губам и была мгновенно охвачена порывом страсти, которую тщетно старалась забыть все эти долгие недели их разлуки. Поцелуй тянулся бесконечно долго, и пожар в ней разгорался все сильнее.

Едва оторвавшись от его губ, она прошептала:

— А разве тебе нужно уходить?

Джад привлек к себе ее покорное тело.

— Я должен. Твой отец настоял, чтобы я спал в комнате твоего брата. Он даже предложил мне воспользоваться его вещами… Как чудесно снова чувствовать тебя в моих объятьях! И какой дивный исходит от тебя аромат! Как от букета весенних цветов.

— Это запах мыла, которое я купила в деревне. Я сегодня впервые его попробовала. Тебе нравится?

— О да. Но когда я только воображаю тебя в ванне, всю с ног до головы в душистом мыле, эта картина сводит меня с ума! Могу я спросить, что на тебе под этим халатом?

Она с улыбкой покачала головой:

— Не думаю, что тебе это на самом деле интересно.

Нежно поглаживая ее спину, он прошептал:

— Не трудись мне рассказывать. Я знаю и сам. Чего бы я только не дал, чтобы увидеть тебя сейчас, увидеть всю!

— Ты бы мог разочароваться. За последний месяц я очень пополнела.

Джад обхватил руками ее щеки.

— Это меня бы не охладило. Я люблю тебя, Ана. Нет такого местечка, от макушки до твоих розовых пальчиков, которое я не обожаю и не жажду покрыть поцелуями.

— Сейчас тебе легко говорить, а что ты скажешь, когда я растолстею, как откормленная к Рождеству гусыня?

Джад улыбнулся.

— То же самое скажу. Ведь у тебя под сердцем растет мой сын.

— Значит, ты думаешь, что будет мальчик? Джад кивнул. Диана возвела глаза к небу.

— Не знаю, что возмущает меня больше: твоя уверенность, что это будет непременно мальчик, или твое чудовищное самомнение!

— Но иначе быть не может. У Макбрайдов всегда было в семье больше сыновей, а дочерей мало.