— Мы не можем уехать, — сказал старый управляющий. — Ее светлость Ник-Эйслин доверила нам заботиться об этом замке. Мы прожили здесь всю жизнь.

На все торопливые уговоры он отвечал лишь:

— Мы не хотим уезжать. Мы останемся здесь и спрячемся в подвале. Может быть, они не найдут нас.

Времени спорить у них не было. Йорг сказал просто:

— Да пребудет с вами Эйя.

— И с вами тоже, — подняв руку, ответил управляющий, прежде чем поспешить спрятаться.

До них донесся грохот тяжелых ботинок, пытающихся выбить дверь, а потом раздался небольшой взрыв, и кухню заполнил вонючий черный дым. Ялик оттолкнули от платформы, и Джоанна с тремя старшими целителями прыгнули в воду и отчаянно вцепились в его борта. Джед метался туда-обратно, заливаясь бешеным лаем, потом, повинуясь свистку Диллона, тоже прыгнул и поплыл за лодкой, высоко задрав пятнистую голову.

Диллон услышал крики и увидел, что стоящие на платформе солдаты подняли луки. Потом подошли еще солдаты со странным длинным оружием на подставках высотой до плеча и тоже принялись целиться. Послышался грохот, и из дул вырвались клубы белого дыма.

— Вниз, быстро! — закричал Райли. — Все! Ложитесь ничком, если можете.

Он попытался затолкать их на дно ялика, но один из целителей внезапно вскрикнул и повалился навзничь с красной дырой во лбу. Все закричали.

— Эти длинные штуковины — аркебузы, — сказал Райли, пытаясь грести и одновременно пригибать голову и плечи. — Мы уже сталкивались с ними в Риссмадилле. Они вроде стрел из свинца и дыма. Ложитесь на дно, вы все.

Но плоскодонный ялик был переполнен. Грести, пытаясь спрятаться за низкими бортами ялика, было очень трудно, поскольку целители тоже прижимались ко дну, как могли. Эртер пронзительно закричал и упал лицом вниз, заливая дно ялика кровью из раны в горле. Почти в тот же момент Райли вскрикнул и схватился за плечо. На миг лодка резко накренилась, потом Диллон вытащил свое весло из воды и велел Аннтуану сделать то же самое. Не поднимая головы, он склонился над Эртером. Мальчик был мертв, его глаза остекленели. Какое-то мгновение Диллон не мог ни двигаться, ни думать. Его сердце билось так громко, что отдавалось в ушах. Его колотило. Они с Эртером вместе выросли на улицах Лукерсирея, и он привык считать его братом.

Еще один залп заставил его очнуться, хотя озноб и не прошел. Не сказав ни слова, он перекинул Эртера через борт ялика, предварительно сняв с его пояса меч и украшенный драгоценными камнями кинжал. Аннтуан вскрикнул, и Диллон пригвоздил его свирепым взглядом.

— Он мертв. Нам нужно облегчить лодку, — сказал он резко. Парлен съежился, всхлипывая, и Диллон повернулся к нему. — Только не начинай реветь, — сказал он все тем же сердитым голосом. — Возьми вон то весло, Парлен, и греби изо всех сил.

Хлюпая носом, Парлен повиновался, а Райли перевязал плечо обрывком рубахи и снова взялся за весло. Лодка стремительно заскользила по бликующей на солнце воде, и Джоанна и трое целителей быстрее зашевелили ногами.

Снова и снова палили аркебузы, но лодка уже была слишком далеко. Когда Райли уверился, что они в безопасности, они втащили пловцов и промокшего перепуганного пса в лодку и поплыли дальше, направляясь к противоположному берегу. Диллон различил солдат, поспешно выходящих из маленького замка, и приказал грести быстрее. Наконец они добрались до берега и высадились. Джед яростно отряхнулся, обрызгав их всех.

— Мы должны идти через лес к Арденкаплю, — сказал Диллон. — Нужно узнать, что случилось с Лахланом! Он может быть ранен! Мы можем ему понадобиться. Джоанна, ты в состоянии идти?

У девочки был усталый вид, с лифа и длинных рукавов стекала вода, ее лицо было бледно, но она кивнула.