Это означало, что ценный актив по имени Алексей Ветров охраняется силами одного-двух человек. Неприступная крепость, нечего сказать. Информация принята к сведению.

Подвальное помещение встретило меня знакомым запахом сырости и дешёвого антисептика. Алексей лежал на узкой металлической койке, его левая рука была прикована к стене короткой, но толстой цепью.

Я на мгновение прикрыл веки, и мир перед глазами сменился привычной серой схемой потоков энергии. Секундного взгляда на пленника хватило, чтобы с моих губ слетела холодная усмешка.

Картина, которую я увидел, заставила напрячься.

Алексей Ветров не был болен.

Глава 5

Никаких признаков болезни.

Алексей Ветров готовился. Собирал силы, выжидал. Дыхание ровное, пульс спокойный, даже цвет лица был здоровее, чем у его тюремщика. Для бандита, которого, по идее, должны были ежедневно пытать, он находился в поразительно хорошей форме.

Я подошёл к койке.

На шатком стуле рядом уже лежал мой обычный рабочий набор, который «Псы» когда-то купили по моему же списку. И теперь держали здесь для моего удобства: фонендоскоп, диагностический молоточек, пара перчаток.

Я взял фонендоскоп и начал неспешный осмотр, прекрасно зная, что Митька следит за каждым моим движением. Проверил пульс, приложил фонендоскоп к груди, проверил зрачковый рефлекс.

Всё было в норме. Даже «Кокон тишины» все еще был на нём, хоть его и дислоцировали в другое место.

— Можешь не притворяться, — негромко сказал я, продолжая прикладывать к его груди фонендоскоп, чтобы Митька ничего не заподозрил. — Я знаю, что ты в сознании. И знаю, что с тобой всё в порядке.

Алексей медленно открыл глаза. В них не было страха или боли. Только холодная, оценивающая настороженность и толика удивления.

— Проницательный доктор, — хрипло произнёс он. — Как догадался?

— Профессиональный секрет, — ответил я и, выпрямившись, повернулся к Митьке. — Мне нужно провести специфический осмотр. Дай нам пару минут.

— Это ещё зачем? — напрягся бандит. — Паша велел не спускать с него глаз.

— Ментальная диагностика, — важно произнёс я первое, что пришло в голову. — Его симптомы могут иметь психосоматическую природу. Процедура требует полной тишины и сосредоточенности. Твоё присутствие создаёт лишние «ментальные помехи». Иди покури пока, твои нервы тоже не железные.

— Да уж, нервы последнее время ни к черту, — качнул головой Митька.

Назови любую чушь наукообразным термином, и эти приматы тебе поверят.

«Ментальная диагностика».

Звучит солидно и абсолютно непонятно. Идеальное прикрытие для конфиденциального разговора.

Митька помялся, но приказ Паши был для него законом. Раз доктор сказал, что для лечения нужно уединение, значит, так тому и быть. Он неохотно поплёлся к выходу.

Как только тяжёлая дверь за ним закрылась, Алексей тут же приподнялся на локте, насколько позволяла цепь.

— Док, — его голос стал твёрдым и серьёзным. — Слушай меня внимательно. Я больше не могу здесь сидеть. Они хотят выжать из меня всё, что можно, а потом пустят в расход. Но ты ведь не из их шайки. Ты просто врач, которого наняли. Помоги мне выбраться отсюда.

Я молча изучал его.

Молодой, сильный, с лицом лидера, а не подчинённого. Привыкший приказывать, а не просить. Сейчас он был загнан в угол, но не сломлен. Он предлагал мне сделку.

— Трудно доверять человеку со стороны? — спросил я, начиная раскладывать на стуле инструменты, создавая иллюзию подготовки к процедуре.

— У меня нет выбора, — он криво усмехнулся. — К тому же ты мне жизнь спас.

— Откуда ты знаешь? — я поднял бровь.