Виктория чувствовала себя жутко неловко, но все таки спросила:

– Макс, объясни мне, каким образом они узнаю́т о наших воспоминаниях или желаниях и насылают такие сны? Как у Алекса и меня?

– Темные – сильные менталисты, Вики, а это обычное эмоциональное воздействие, направленное на то, чтобы человек расслабился и раскрылся, – уже совершенно спокойно и даже занудно пояснил Тротт, – для него не нужно ничего знать. Наш мозг сам выстраивает картинку под внешний раздражитель, как, например, бывает в обычном сне – рядом кто то может включить музыку, а тебе приснится, что ты на концерте. А тут к тебе, к твоей ауре «присасываются», и сознание само подкидывает сны, объясняющие эти ощущения. Менталист же уже постфактум картинку видит и, если силен, может ею манипулировать, включая туда какие то воспоминания или наведенные образы. Но если он напрямую вмешивается в сон, его можно и перехватить. Если бы ты вместо светлячка запустила бы в… в того, кто тебе приснился, боевым заклинанием, то убить бы не убила, но боль бы он испытал вполне реальную. Поэтому так рискуют редко.

Вики поколебалась.

– А ты так можешь?

– Если захочу – смогу, – равнодушно ответил природник. – Но зачем? Питаться способны только темные, а подглядывать за чужими снами – сомнительное развлечение.

– Ему куда веселее водоросли на составляющие разделять, – хохотнул неугомонный Мартин. – И с растениями разговаривать. Макс, а правда, что ты зачаровал деревья вокруг своего дома, чтобы они к тебе гостей не пускали?

– Правда, – зло процедил Тротт. – Откуда узнал?

– От графини Кьельхен, – весело пояснил Съедентент. – Она раньше была любовницей вашего посла в Блакории. А тот когда то возглавлял комитет по здравоохранению Инляндии. Говорит, делегация к тебе пыталась добраться, так вернулись все ободранные, в занозах. Якобы деревья их блокировали, злобно шуршали и кололись веточками. Сказала, что любовник, пообщавшись с питомцами Максика, тут же подал прошение о переводе на другую должность. Так и попал в Блакорию.

Вики чуть расслабилась и даже улыбнулась. Мартин глянул на нее и ободряюще подмигнул.

– Вот видишь, Кусака, откуда появляются легенды о злобных лесных колдунах. С нашим Малышом по извращенности ни один демон не сравнится.

– А с тобой – по болтливости, – огрызнулся Макс. – Алекс, – Свидерский поднял глаза, – если ты все решил и убедить тебя не заниматься суицидом нельзя, то нам нужно подготовиться. Брать надо сразу, второго шанса не будет. Тебе нужна активная переноска. Мартин, ты сможешь сделать за это время?

– Зигфрида попрошу, – легко пообещал тот, – буду еще на фигню время тратить. Я бы вообще Данилыча твоим антидемоническим репеллентом обработал, чтобы наверняка.

– Нельзя, – сказал Алекс, – почуют. Но взять с собой могу, если Макс сделает в виде капсулы с жидкостью, например. Чтобы можно было быстро раскусить и проглотить. Март, а что с обратным щитом, про который Алмазыч говорил?

– Будет вам щит, главное, чтобы никто посторонний под него не попал, иначе и его опустошит, – поделился блакориец. – Откачивай потом. Викуля, а ты готовь источники – как поймаем и нейтрализуем, надо будет Алекса сразу докачивать. В остальном будь милой девочкой и не лезь под руку.

Все хорошее отношение к нему у Виктории сразу же пропало.

– Я вообще то дипломированный боевой маг, фон Съедентент, – отчеканила профессор, – и стоять в стороне…

Мартин выставил ладони вперед.

– Боевой, боевой, – произнес он со смешком. – Самый боевой из всех боевых магов.

Вики хотела сказать что то резкое, язвительное, но моральных сил ругаться не было, и она просто махнула рукой и плотнее запахнулась в теплый халат.