«Взять бы щипцы и повыдрать все когти!»

Подняла глаза от Челесты, уже подвывающей от боли, и надменно потребовала от Эресиана, с открытым рот смотревшего на неё:

— Извольте объясниться, сударь!

Мельком: «Интересно, как перевёл эту фразу „толмач“?»

Но главное, что она сейчас чувствовала, — почти ту же свирепую радость, что и Артём, который (она оглянулась на миг) уронил на землю последнего противника, тоже заламывая ему руку за спину и что-то при этом негромко приговаривая — с нравоучительными (она чуть не расхохоталась, расслышав) нотками.

— Ана Маргарита, отпустите ана Челесту, пожалуйста, — чуть не с испугом попросил Эресиан. — Мы вам всё сейчас объясним.

— То есть она не будет больше… э… Прыгать?

— Нет-нет! Не будет!

— Вставайте, голубушка, — ласково сказала Рита и помогла Челесте подняться.

После чего оценивающе оглядела её лицо. Женщина пропустила два удара в лицо и после пары пинков в бедро хорошо так прокатилась по камням, далеко не мытым. Грязная и пыльная… «Надеюсь, я не получила врага в её лице», — сумрачно подумала Рита.

С противоположной стороны двора (каменный квадрат со стенами и редкими в них дверями) поспешили к ним люди. Артём оставил последнего противника, встал над ним, присматриваясь к подходящим.

— Артём! — позвала Рита, испугавшись, как бы он в азарте не бросился драться и с этими незнакомцами.

— Всё нормально, — буркнул парень. — Эй, Текер, поднимайся давай. Ты не настолько сильно получил, чтобы не шевелиться.

— Он боится, что ты снова его уронишь, — объяснила Рита.

Она то и дело шипела, так как вытащила из своего мешка влажные салфетки, которыми, прикладывая их к лицу, старалась продезинфицировать царапины от ногтей Челесты. Утешало пока одно: наверняка ногти красотки не были покрыты ядом. Ведь, кажется, их с Артёмом и в самом деле проверяли. Хотя… Кто её знает… На Артёма вчера Челеста бросала довольно откровенные, оценивающие взгляды… Но была надежда: если здесь собрались маги, значит, Челесте помогут быстро прийти в себя, и красотка не будет таить на Риту слишком сильного зла.

Она спокойно сидела на последней каменной ступени крыльца, а рядом сидел Шорох, который внимательно наблюдал за процедурой, но который время от времени деликатно скашивался на открытый мешок. Рита мысленно пообещала волку: «Ничего, как только будет спокойная минутка, я тебе кое-чего вкусненького точно дам!»

Эресиан на руках бережно унёс в дом Челесту — та обмякла, обнимая его за шею. Немедленно появившийся на крыльце, не скрывающий своего изумления Кассиус кивнул Артёму, который насторожённо ожидал подходивших к нему стражников, а потом Рите, развязавшей узлы на палантине и теперь снова пытающейся сделать повязку на голове, чтобы спрятать волосы, и велел:

— Зайдите. Теперь поговорим.

Рита косо взглянула на него. «Теперь»? А что было раньше?

Артём взял Риту за руку, с тревогой спросил:

— Сильно тебя поранила?

— Жить буду, — отозвалась она. — Главное — продезинфицировала.

— Челесте помогли, — с претензией пробурчал парень. — А тебе…

В его «кабинет» подниматься не стали. Вошли, по наблюдениям Риты, в оружейную, где уселись за длинный узкий стол. Челесты на этот раз при разговоре не оказалось. «Раны зализывает!» — злорадно решила Рита.

Кассиус положил на стол руки и тяжело сказал:

— Вы, ана Маргарита, можете не признаваться ни в чём (Артём изумлённо взглянул на девушку — та лишь хладнокровно подняла брови).