– Не понимаю… Ты помнила ее имя все эти годы?

– Да.

– С какой стати? Ты что, помнишь всех, кто учился с Джули?

– Нет, не всех.

– Тогда почему ты запомнила Шейлу Роджерс?

Кэти посмотрела мне в глаза:

– Потому что Шейла и Джули жили в одной комнате.

Глава 32

Крест явился утром со свежими булочками и паштетами. Он всегда покупал их в магазинчике на углу Пятнадцатой улицы и Первой авеню. Было десять часов, Кэти спала на кушетке. Крест закурил сигарету. Он явно не переодевался со вчерашнего вечера. Это было не всегда легко заметить – Крест едва ли мог считаться крупной фигурой в мире высокой моды, – но сегодня он выглядел как-то особенно неряшливо. Мы уселись на табуретки за кухонным столом.

– Послушай, – поморщился я, – понимаю, что ты не хочешь выглядеть белой вороной среди уличной публики, но…

Он достал из шкафчика чистую тарелку.

– Ты собираешься проезжаться на мой счет или, может, все-таки расскажешь, что случилось?

– А почему я не могу делать то и другое одновременно?

Крест наклонил голову и внимательно посмотрел на меня поверх темных очков.

– Все настолько плохо?

– Еще хуже.

Кэти пошевелилась и тут же охнула от боли. Тайленол лежал у меня наготове. Я быстро дал ей две таблетки. Запив их стаканом воды, она заковыляла в ванную, хватаясь за стены. А я вернулся на свою табуретку.

– Как твой нос? – спросил Крест.

– Как будто сердце перебралось туда и просится наружу.

Крест кивнул и откусил от булки, намазанной паштетом из копченой лососины. Жевал он медленно, устало сгорбившись над столом. Дома он, ясное дело, не ночевал – наверное, поругался с Вандой. Но я понимал, что этой темы касаться не стоит.

– Так что еще хуже? – поинтересовался он.

– Шейла лгала мне.

– Это мы и так знали.

– Тут другое.

Крест молча продолжал жевать.

– Она знала Джули Миллер. Они вместе учились в колледже. Даже жили в одной комнате.

Он перестал жевать.

– Как-как?

Я начал рассказывать. Все это время из ванной слышался шум воды. Да, похоже, похмелье у Кэти будет долгим. Хотя, с другой стороны, молодые приходят в себя быстрее.

Когда я закончил свой рассказ, Крест выпрямился и скрестил руки на груди.

– Красиво, – ухмыльнулся он.

– Вот-вот, именно это слово.

– Черт знает что! – Он начал намазывать паштет на другую булочку. – Значит, твоя бывшая подружка, которую убили одиннадцать лет назад, училась в колледже и жила в одной комнате с твоей последней подружкой. Которую тоже убили.

– Прямо в точку.

– А твоего брата обвинили в первом убийстве.

– Именно так.

– Ладно, пускай, – решительно кивнул Крест. – Но я все-таки не понимаю…

– Тут пахнет заговором.

– Что именно?

– Наши отношения с Шейлой. – Я попытался небрежно пожать плечами. – Это все подстроено. Сплошная ложь.

Крест задумчиво покачал головой. Прядь длинных волос свесилась на лицо, и он откинул ее назад.

– И с какой целью?

– Спроси что-нибудь полегче.

– А ты подумай.

– Уже подумал, – вздохнул я.