— Приятная перемена, — пробормотал Трент.

— Ты слишком строг к нему, — устало ответила миссис Фэрфакс.

Крисси показалось, что мать говорила это сыну уже много раз.

— Мы ведь не встречались раньше, не так ли?

Селия повернулась к Крисси, но ждать ответа не стала — об этой черте ее характера быстро узнавали все, кто знакомился с ней, — и обратилась к Тренту.

— Я рада, что ты привез девочку сюда, жаль, что мы знакомимся при таких обстоятельствах. Вы останетесь на выходные, дорогая?

Крисси растерялась, но ей не дали возможности отказаться.

— О, пожалуйста, останьтесь. Я попрошу, чтобы приготовили комнату для гостей, или вы поселитесь вместе с Трентом? Я знаю эти современные нравы.

Селия продолжала говорить доверительным тоном, по-своему истолковав застывшее выражение лица Крисси, нарастающее раздражение Трента и его попытки прекратить фонтан ее многословия.

— Я не возражаю, у меня широкие взгляды. Приходится быть такой, имея двух сыновей. Я уже начала сомневаться, успокоится ли Трент после Франчески. Конечно, у него были другие женщины, но вы единственная, кого он привез ко мне, значит…

— Мама!

Трент заорал так, что его голос показался громом в тишине больницы.

— Да, дорогой? — Селия наконец-то прервала свой монолог, видимо, только для того, чтобы перевести дух.

— Крисси не со мной. Она подруга Бена, и он непременно хотел ее видеть. Ты прекрасно знаешь, что я приехал утром один, — добавил он уже несколько мягче.

— Э… но Крисси могла приехать за тобой на поезде. Селия упорно не хотела расстаться со своей идеей.

— Она не приезжала. Она живет в Фарминстере. Почему бы тебе не пойти выпить кофе или не подождать в моей машине, пока она немного поговорит с Беном?

— Пожалуй, я выпью кофе, — согласилась Селия. — Не утомляйте мальчика, ему нужно больше отдыхать.

— Хорошо. Встретимся внизу.

— Заходите, — коротко скомандовал Трент, когда Селия скрылась из виду.

Крисси глубоко вздохнула и заставила себя войти в комнату. Она опасалась увидеть страшную картину, не очень доверяя уверениям Селии, что Бен скоро поправится.

Бен не спал и улыбнулся, когда увидел ее. Он был смертельно бледен, от чего еще больше выделялся красный рубец на правом виске. Бен лежал на спине, его правая нога была в гипсе и поддерживалась множеством шкивов.

Когда Крисси подошла ближе к постели, она заметила, что грудь Бена перевязана, а на правой руке и на плече темнеют синяки.

— Опять в оковах? — попыталась пошутить Крисси, имея в виду ногу в гипсе.

Бен ухмыльнулся.

— Ты говоришь как полицейские. Кстати, Трент, они забрали машину.

Хотят выяснить, не было ли там каких-нибудь технических повреждений, но, по-моему, они думают, что я слишком гнал машину.

— А ты гнал?

— Не помню, может быть, — откровенно признался Бен.

— Бен, я надеюсь, ты не расстроился из-за нашего телефонного разговора? — спросила Крисси и осторожно присела на край кровати.

— Наконец-то я затащил тебя в постель! — подмигнул Бен. — Какого разговора?'

— Ты мне позвонил из телефонной будки, когда возвращался из Лондона.

— Из телефонной будки? Не помню.

— А что ты помнишь? — спросил Трент, в то время как Крисси потихоньку осознавала, что Бен забыл, что она ответила отказом на его предложение.

«О нет! Боже, неужели придется сделать это еще раз?» — подумала девушка.