— Трент! — пронзительно закричала она.

Парень закрыл ей рот ладонью, грубо шаря по ее телу другой рукой. Потом подставил ей подножку, и она тяжело упала на землю.

Крисси укусила руку, закрывавшую рот, незнакомец выругался, потом больно ударил ее по лицу, не давая возможности позвать на помощь.

— Сука! Лежи тихо, а то я и правда сделаю тебе больно, — пригрозил он.

От страха и сознания, что он сильнее, дыхание Крисси стало прерывистым, подступили рыдания, но вдруг некая чудесная сила освободила ее.

Дико сверкая в темноте глазами, Трент крепко прижал парня к стволу дерева и так ударил его кулаком в живот, что тот скрючился от боли, потом ударил его еще раз, прежде чем тот успел оправиться после первого удара. Хруст суставов был отвратительно громким, и Крисси затаила дыхание, не понимая, кто из них был ранен — Трент или тот, другой. Она прикрылась порванным платьем и встала.

— Трент! Довольно!

Это был резкий и властный голос Джеймса Хоксуорда, в котором сказывались двадцать лет работы в магистрате. Если бы драка продолжилась, неприятности с законом, возможно, были бы у Трента, а не у напавшего на Крисси парня.

Трент остановился, все еще держа противника за свитер. Он готов был нанести еще более сильный удар.

— Трент! — Джеймс подошел ближе. — Я здесь разберусь со всем. Позаботься о Крисси, — распорядился он.

Слепая ярость оставила Трента, он кивнул и явно неохотно отпустил парня, передавая его Джеймсу.

— Пойдем, дорогая, — мягко сказал он Крисси, в его голосе слышалась неподдельная доброта. Ее губы задрожали, она едва сдерживала слезы. — Все хорошо, — успокаивал ее Трент, подбирая сумочку и пиджак, потерянные ею во время борьбы.

Он обнял ее сильной рукой, увел к стоянке и посадил в машину, стараясь как можно скорее оказаться подальше от места нападения.

Крисси тихо свернулась на сиденье, отвернувшись от Трента, чтобы тот не видел ее слез. Через несколько минут Трент остановился, заглушил мотор и заботливо обнял девушку, немного опасаясь, что наткнется на резкий отпор.

Но она повернулась, прижалась лицом к его плечу и разрыдалась; резкие, мучительные всхлипывания поразили его в самое сердце.

— Пожалуйста, не плачь, все позади, — пробормотал он, откидывая волосы с ее лица и прикасаясь губами к горячей, мокрой от слез щеке. Он поцеловал ее, чтобы успокоить и утешить, как поступают с поранившимся ребенком.

Крисси начала медленно приходить в себя в его спасительных объятиях. Рыдания стихали.

— Как бы я хотела, чтобы мама была здесь, — прошептала она так тихо, что Тренту пришлось напрячь слух, чтобы понять ее.

Он крепче обнял девушку, словно защищая.

— Прости, дорогая, тут я ничем не могу тебе помочь, — с сожалением произнес он.

Он никогда не говорил «моя мама», но сейчас это выглядело совершенно естественно.

— Могу предложить тебе нечто другое. Хочешь, я отвезу тебя к моей маме?

Помолчав, Крисси кивнула, легко и почти незаметно, но все же это было выражением согласия.

— Тогда поехали. — Он выпрямился и завел двигатель, потом набрал номер Фэрфакс-Холла на мобильнике. — Ма? Я сейчас привезу Крисси, так что приготовь для нее, пожалуйста, комнату. Что? Нет, она расстроена; ей понадобится горячая ванна, а потом она ляжет спать. Мы приедем минут через десять, — сказал он и выключил телефон. Но Селия высматривала их из окна и поторопилась на улицу, как только увидела фары приближавшейся машины. Лестница ярко осветилась, когда она открыла дверь.

— Что случилось? Вы попали в аварию? — Она бросилась к Тренту, как только тот вышел из машины и отправился открыть дверцу для Крисси.