Андрей побежал туда, где был сам боярин. Там пока его вмешательство не требовалось: саблями рубились, но татары внутрь не проникали, и Андрей вернулся на свое место.

Оба мужика, присланные ему в помощь боярином, стояли на месте и смотрели за тын. Андрей взбежал по лестнице.

– Что там?

Сам же схватил ружье, зарядил. Пистолет поставил на предохранитель и сунул в карман.

– Татары отходят.

Андрей выглянул.

Получив отпор, татары отступили и собрались вокруг своего мурзы. Уйдут или новую напасть замышляют? В принципе, потери у них большие. Он один убил десяток и нескольких ранил, да воины и мужики тоже не дремали, десятка полтора положили. Так что татар едва ли половина осталась, а успехов никаких.

Басурмане что-то горячо обсуждали, размахивая руками, – видимо, решили, что надо искать другую жертву, полегче. Сил у них если и оставалось, то на один штурм, а с ним – новые потери. Собрав немудреные пожитки и котел, татары вскочили на коней и ускакали.

– Не обманка ли? – спросил один из мужиков.

– Нашего боярина вокруг пальца не обведешь.

Когда татары исчезли из вида, открылись ворота, и выехавший на коне воин поскакал по татарскому следу.

– Куда это он?

– Проследить, ушли или в лесу затаились.

Ворота за уехавшим заперли, с тына опустили веревку.

– А веревка зачем? – удивился Андрей.

– Если нашего воина обнаружат и пустят вслед погоню, ворота открывать нельзя, ворвутся. А воин вцепится в веревку, и его поднимут.

– Коня же захватят.

– Господь с ним, с конем, воин ценнее. Представь, если бы в селе боярина с дружиной не было? Взяли бы село, а нас – в полон.

Ну, дружина – это громко сказано. Насколько увидел Андрей, у боярина было четыре воина, или дружинника. Конечно, у них и защита – щиты, шлемы, кольчуги, и оружие – сабли, ножи, копья. Но их мало!

Оставив двоих мужиков дозорными на стенах, все спустились на площадь: хотелось отдохнуть, выпить воды. Боярин заметил убитых татар:

– Это кто их?

– Чужак.

Андрея неприятно резануло это слово. Он тут, как заяц, скачет, стараясь помочь, но все равно для них он – чужак.

– Оружие забрать, тела перебросить через тын, – распорядился боярин. – Чего им тут смердеть? Волкам пожива будет.

С поясов сняли ножны, расстегнув ремешки, стянули шлемы. Но только мужики взяли убитых за руки-за ноги, чтобы втащить их наверх, на помост, как боярин приказал:

– Стой! – Он подошел к убитым, осмотрел: – Выкидывайте! – Потом направился к Андрею: – Покажи, чем таким стреляешь? Я убитых осмотрел, так у них раны совсем малюсенькие.

– Вот, – Андрей вытащил из кармана пистолет.

Боярин повертел его в руках.

– Удобно, и выделка отменная. Где купил?

– Немцы продали, – соврал Андрей.

– Ну да, они это могут. Продай!

– У меня к нему всего несколько зарядов осталось.

– Я еще найду.

– Нет, боярин, еще неизвестно, ушли ли татары. Да и навык иметь надо, иначе заряды попусту выпустишь.

– Это верно, – боярин разочарованно отошел. Видно, не привык он, что ему отказывают.

Защитники опустились на землю. Кое-кто был ранен, и женщины накладывали им повязки, но все были измотаны. Подростки разносили ведра с водой и поили желающих.

Прошел час, другой. Некоторые успели вздремнуть. Потом послышался стук копыт, и дозорные закричали:

– Лазутчик вернулся.