Но как найти человека, который просто исчез со всех радаров? Которого безрезультатно пытаются отыскать лучшие сыскари сразу нескольких стран? Который, по уверениям его подруги, жив, но находится непонятно где! В данных обстоятельствах куда полезнее отодвинуть в сторону не имеющую решения задачу и сосредоточится на том, что сделать в его силах. Выкорчевать остатки “Нового пути”, например!

С бега на быстрый шаг он перешёл, окончательно выполов сорняки вины из сознания. И давая на ходу новые вводные на полицейской волне.

– Маоши, циркулярно всем задействованным в оцеплении гостиницы “Бамбуковый росток”. Я потерял след подозреваемого. Повторяю, потерял след подозреваемого. Последнее его местонахождение минуту назад – двести метров от площади Реставрации с северной стороны. Направление движения – запад.

– Имеются ли приметы его машины, господин? – один из участвовавших в оцеплении детективов задал вопрос сквозь шипение помех. – Я возле площади с северной стороны.

– Нет, – лицо гуафанга было известно всем участникам операции, но выглядеть он мог как угодно, даже в женщину переодеться. А вот машину, на которой он уехал, Яо не видел. Всё, что он знал – сердце беглеца билось в учащённом ритме сильного страха. Но как такая примета поможет его найти, когда Ши подвела? – Блокируем район по пять кварталов в каждую сторону от его последнего местонахождения.

– Это же центр, господин! – попытался возразить кто-то из начальников участков, также слушающих переговоры. – В середине дня! Пробки остановят город до вечера!

“Да, но это хоть какой-то шанс поймать беглеца!” – мог бы ответить ему копьеносец. Вслух, однако, очень медленно и значимо произнёс:

– Выполнять приказ.

Его полномочий – доверенного лица императора и начальника его службы безопасности – было достаточно, чтобы потребовать выполнения такого приказа хоть от генерала Цзуна, руководителя полиции Пекина. Да и влияния при дворе хватит, чтобы пережить последствия блокировки центра города в разгар дня. Которые не замедлят проявиться уже сегодня к вечеру. Но то к вечеру – до него ещё много чего могло произойти. А отступать Яо не собирался – слишком много было поставлено на карту. Судьба империи, без всякого преувеличения.

Мягких реформ, как того хотел Чжу Юань, не получилось. До них просто не успели дожить. Нового правителя поддержали почти все службы и ведомства, даже “Длань императора”, из-за нерешительности иерархов которой так долго откладывалось необходимое. Армия и полиция присягнули новому Сыну Неба уже на второй день после переворота, когда стало понятно, что во внутрисемейной грызне он всё-таки победил. Тогда же склонились и выжившие смутьяны-родственники, пытавшиеся перехватить инициативу наследника. Всё шло по плану до третьего дня. До момента мятежа “Нового пути”. От которого неприятностей ждали, но значительно позже. Не раньше, чем через год.

Чиновники организации, следившей за ограничениями для магического сословия, не вышли на улицы. Они не пытались захватить государственные здания, не строили баррикады и не призывали народ свергнуть с престола отцеубийцу. На третий день, после того, как по приказу Чжу Юаня был задушен его отец, практически все служащие “Пути” просто не вышли на работу. И пропали из своих домов. Целая организация совершила исход, подобный еврейскому.