Черт возьми, узнать о ребенке, когда он только начал налаживать с ней отношения! Какие могут быть отношения, возразил он сам себе, с женщиной, которая даже не пытается скрыть, что ненавидит тебя?! Зачем обольщаться напрасно? Да, они провели вместе приятный вечер. Да, когда они сели в машину, ему приходилось сдерживаться, чтобы не заключить ее в объятия. Какие у них могут быть отношения?! Никаких! Надо выкинуть мысли о ней из головы.

Уилфрид выехал на шоссе, надеясь, что быстрая езда поможет ему восстановить пошатнувшееся душевное равновесие. Неожиданно он подумал, что поступок негодяя, бросившего женщину с ребенком, нанес Беатрис глубокую рану, заставил ее, по-видимому, возненавидеть всех мужчин. Исключение она сделала только для Роберта Бейтса, который, судя по всему, не представляет для нее опасности. Но как теперь мне вести себя с ней? Мать сделала большую ошибку, предложив ей для работы кабинет отца. Чем реже я буду с ней встречаться, тем лучше. А самое лучшее, это уехать в город и погрузиться в работу. Завтра же с утра уеду, решил Уилфрид.

Но утром выяснилось, что его плану не суждено осуществиться. Мать попросила его отвезти ее в клинику на обследование, которое она проходила дважды в год. Виола сказала, что ей хотелось бы за ужином обсудить с ним покупку ювелирных украшений для свадьбы.

— У тебя для этого есть мисс... — Он запнулся. — Поговори об этом с Беатрис, — сказал он, сдерживая раздражение.

Виола удивленно посмотрела на брата. Таким мрачным она его давно не видела.

— О, вижу, тебя кто-то сильно огорчил. Неужели вчера за ужином ты подавился нашей милой Бетси? — Виола засмеялась своей шутке, но заметила, что он даже не улыбнулся, и приняла серьезный вид. — Не хочешь рассказать, что вчера случилось?

— Не о чем рассказывать. — Уилфрид махнул рукой, словно хотел избавиться от чего-то, что не давало ему покоя. — Вечером обсудим с тобой все, что захочешь. — Он поцеловал сестру в лоб и отвез мать в клинику.

Вернувшись к дому, он заметил на стоянке машину Беатрис. Она уже направлялась в сторону кабинета. На ней был светлый брючный костюм и светлые туфли на высоком каблуке. Он следил за ней из окна своей машины, пока она шла по дорожке. Глядя на ее слегка покачивающиеся бедра, он снова ощутил прилив желания. Наверное, эта женщина послана мне в наказание за какие-нибудь грехи, подумал он, выскочил из машины и быстро направился к ней. Но Беатрис успела войти в кабинет и закрыть за собой дверь. Он дернул за ручку, дверь оказалась запертой на ключ. Уилфрид тихо выругался. Почему она закрылась, ведь она не могла видеть его? Или видела? Впрочем, на каком основании она может не впустить его. Вчера они хорошо провели время. Он ничем ее не обидел, хотя мог упрекнуть за то, что она скрывала от него своего сына.

— Беатрис, откройте дверь, — громко потребовал он.

В ответ полная тишина.

— Черт возьми, откройте дверь! — проревел он вне себя от гнева.

— Я работаю, — послышался приглушенный голос.

Ее голос возбуждал его с самого начала. Даже когда она сердилась. Уилфрид тряхнул головой. Он не должен поддаваться очарованию этой женщины. Она коварная, лживая ведьма и послана ему на погибель. Надо повернуться и уйти. Но рука непроизвольно легла на ручку двери, и он стал дергать ее с такой силой, словно собирался сломать замок.