— Я тоже работала на кухне, — Сэм с достоинством вскинула голову. — Во всяком случае, сегодня. Посудомойкой.

— Вот как? — удивился он. — Посудомойкой, с такими-то нежными ручками? — С этими словами он взял ее ладонь в свою и провел по ней пальцами. От его прикосновения Сэм вздрогнула, и хотя разум говорил ей, что нельзя поддаваться чарам этих завораживающих темных глаз, было уже поздно.

— Мне… нужны деньги, — с трудом выговорила она. — Даже за металлолом надо платить. А скульптуру дорого не продашь, если ты не знаменит.

— Думаю, вы правы, — согласился он, не выпуская ее руки. — Бедная Золушка — возиться на кухне вместо того, чтобы танцевать на балу в роскошном платье.

Сэм беспечно рассмеялась, хотя это далось ей нелегко.

— Я об этом и не думала, — она выдернула руку. — Да и платья у меня нет.

Она насмешливо взглянула на свои потертые джинсы — и вдруг ей почему-то стало не по себе от того, как плотно они облегали ее стройные бедра, как четко под простенькой белой футболкой вырисовывались полные груди. А, взглянув на Эйдана, она пожалела, что так неосторожно привлекла его внимание.

— Это… как посмотреть, — хрипло проговорил он. На губах его мелькнула улыбка. — По-моему, вы прекрасно выглядите.

Он прижал ее к себе, обхватив за талию, и закружил в такт музыке, лившейся из окон зала. У Сэм словно прервалось дыхание, и вся она как будто медленно таяла, чувствуя его горячую ладонь. Неужели Золушке и вправду можно пойти на бал?

«Не глупи, — остановила она себя, — хватит несбыточных мечтаний. Ты ведь уже взрослая!»

— Так вы… уже решили насчет коттеджа? — стараясь не выдать волнения, осведомилась она.

— Пока нет. Я уже говорил, что на него должен взглянуть мой служащий. Как только он подсчитает, сколько денег потребуется на ремонт, я решу, стоит ли вообще его затевать.

Губы Сэм упрямо сжались.

— Полагаю, после ремонта рента увеличится?

В темных глазах мелькнула насмешка.

— А вы хотите, чтобы я оплатил ремонт и не повышал ренту?

— Не понимаю, зачем вообще что-то делать. Я ведь ни на что не жаловалась.

— Как бы там ни было, как домовладелец я отвечаю за вашу безопасность. Если бы во время шторма крыша вдруг обвалилась и придавила вас, ваши родственники затаскали бы меня по судам.

Она печально рассмеялась.

— Ничего подобного, — ядовито заметила она. — Скорее напротив, прислали бы письмо с благодарностью.

Он удивленно поднял бровь.

Сэм вздохнула. Слова вырвались помимо ее воли. С деланным безразличием она пожала плечами и несмело проговорила:

— Они от меня не в восторге.

— Ваши родители?

— Тетя — мамина сестра. Она воспитывала меня после того, как мамы… не стало. Думаю, хлопот со мной было предостаточно. Она всегда повторяла, что я пойду по стопам матери.

— А она была бунтаркой? — вдруг сочувственно спросил он.

— У нее был сложный характер, — грустно кивнула Сэм. — Они с дядей были помолвлены, но она сбежала с другим, и дядя женился на тете. А года через два она вернулась — вместе со мной. Некоторое время пожила с ними, потом снова уехала, бросив меня бабушке. А когда та перестала со мной справляться, тете Мег пришлось взять меня к себе. Думаю, ей нелегко было на такое решиться. Я была как кукушонок в чужом гнезде.