Мей старалась не рассказывать Джорджине о своих встречах с женатыми мужчинами, считая ее ханжой, но вот в случае с Джоном Ковальским стойкость Джорджины дала трещину.

Глава 15

После нескольких часов утомительной тренировки игроки высыпали на лед, чтобы наконец погонять шайбу. К исходу третьего дня в тренировочном лагере «Чинуки» могли позволить себе небольшое развлечение. Два командных голкипера встали в ворота на разных концах катка и приготовились обороняться, если кто-нибудь запулит шайбу им в голову.

Мчась зигзагами по катку, Джон слышал только шуршание коньков по льду. Он ловко маневрировал между игроками и вел шайбу, не отпуская ее от клюшки. У него над ухом задышал недавно пришедший в команду защитник, и, чтобы избежать толчка в спину, Джон мощным ударом послал шайбу в ворота мимо Хью Майнера.

– На, ешь, деревенщина. – Он резко затормозил перед воротами, осыпая Хью градом ледяной крошки из-под коньков.

– Черт бы тебя побрал, старик, – пробурчал Хью и, нырнув в ворота, зацепил шайбу клюшкой.

Джон хмыкнул и покатил в свободную зону. Когда разминка закончилась, он чувствовал себя измотанным, как после битвы, но счастливым оттого, что он снова в бою. В раздевалке Джон отдал свои коньки инструктору для заточки и принял душ.

– Эй, Ковальский, – окликнул его помощник тренера, остановившись в дверях раздевалки. – Тебя хочет видеть мистер Даффи. Он в тренерской Найстрома.

– Спасибо, Кенни.

Джон завязал шнурки кроссовок, надел зеленую тенниску с логотипом «Чинуков» и заправил ее в спортивные брюки.

В том, что Вирджил Даффи пожелал увидеться с Джоном, не было ничего необычного, тем более что старший менеджер отсутствовал, так как отправился на поиски новых талантов. Джон был капитаном «Чинуков». Он был ветераном, а никто не знал хоккей лучше, чем тот, кто играл в него тридцать лет. Они не всегда соглашались друг с другом, однако Вирджил ценил его мнение, а Джон научился уважать Вирджила за его удивительную деловую хватку.

По дороге к офису руководства Джон гадал, как отреагирует Вирджил, когда узнает о существовании Лекси. Он прекрасно понимал, что старик не выразит особой радости, но в то же время и не боялся, что его продадут. Хотя полностью возможность продажи он не исключал. Вирджил славился своей бурной реакцией. Поэтому чем дольше Вирджил будет оставаться в неведении в отношении событий семилетней давности, тем лучше. Джон не собирался, скрывать существование Лекси, однако не считал нужным «чесать Вирджилу плешь».

Джон подумал о Лекси и нахмурился. С того утра в Кэннон-Бич прошло полтора месяца, и все это время Джорджина не подпускала его к Лекси. Она наняла адвоката, грозную даму, которая настояла на проведении теста на отцовство. Сначала они несколько недель тянули с процедурой, а потом вдруг Джорджина сделала крутой поворот и подписала документ, законно признававший его отцовство. Одним росчерком ее пера Джон был на законных основаниях объявлен отцом Лекси.

Инспектору по семейным делам предстояло провести собеседование с Джоном и осмотреть его плавучий дом. Тот же инспектор переговорил с Джорджиной и Лекси и порекомендовал провести несколько предварительных коротких встреч между отцом и дочерью, прежде чем Джону будет разрешено забирать Лекси к себе на более длительное время. После окончания подготовительного периода Джону предстояло получить те же права по опеке, какими обладали разведенные отцы, разница заключалась только в том, что ему не надо было ходить в суд.