Лу посмотрел на деньги. Потом взял их и засунул в карман куртки.

— Извини, что разбудил тебя. — Он улыбнулся и сделал два нетвердых шага в сторону двери. Я распахнул ее перед ним и, как только он ступил на крыльцо, захлопнул и запер на замок.

В щелку было видно, как он постоял на верхней ступеньке, достал из кармана двадцатидолларовые бумажки, внимательно изучил их и только потом, слегка покачиваясь, направился к машине.

Когда он открыл дверцу, в машине зажегся свет, и я успел разглядеть его спутников. Впереди сидела Ненси: завидев Лу, она улыбнулась. На заднем сиденье, в тени, был кто-то еще. Поначалу я допустил, что это мог быть Сонни Мейджор. Но, когда Лу сел за руль и свет в салоне погас, меня вдруг охватило сомнение. Сонни Мейджор был мелковат, даже по сравнению с Лу. Мужчина же, сидевший в машине, казался большим, я бы даже сказал, огромным. Он очень походил на Джекоба.

Я проследил, как Лу выруливает с подъездной аллеи. Уже на улице он включил фары. Я все стоял у двери, чувствуя, как примерзают к холодному деревянному полу ноги; но вот шум двигателя замер вдали, и дом опять погрузился в тишину.

Я лихорадочно пытался сообразить, что же делать дальше, но так и не пришел ни к какому решению. Мне было ясно лишь одно: ситуация выходит из-под контроля. Я был в опасности, и, казалось, ничто уже меня не спасет.

Развернувшись, чтобы идти в спальню, я увидел Сару — в белом махровом халате, она стояла на верхней площадке лестницы и, как привидение, молча взирала на меня из темноты.

Разговор наш состоялся тут же, на лестнице. Я поднялся, и мы, словно дети, уселись в темноте на предпоследней ступеньке, тесно прижавшись друг к другу.

— Ты слышала? — спросил я.

Сара кивнула. Рука ее лежала на моем колене.

— Все слышала?

— Да.

— Джекоб рассказал Лу о Педерсоне.

Она снова кивнула и слегка пожала мое колено. Я накрыл ее руку своей ладонью.

— Что ты собираешься делать? — спросила она.

Я пожал плечами.

— Ничего.

— Ничего?

— Буду пока держать деньги у себя. Выжидать.

Она отстранилась от меня. Я чувствовал на себе ее взгляд. Сам же я сидел, уставившись на входную дверь.

— Ты не можешь так поступить, — заявила Сара. Хотя она и не повысила голоса, в нем прозвучала еле уловимая настойчивость. — Если ты не отдашь ему деньги, он тебя выдаст.

— Значит, придется отдать.

— Но это тоже невозможно. Из-за него и мы попадемся. Он же начнет сорить деньгами везде и всюду, привлекая к себе внимание.

— Хорошо, тогда не отдам. Буду водить его за нос.

— А он все расскажет.

— Но что мне еще остается, Сара?! — воскликнул я, начиная злиться. — Передо мной лишь эти два варианта.

— Сожги деньги.

— Не могу. Лу тогда расскажет про Педерсона. И для меня все закончится обвинением в убийстве.

— Свали все на Джекоба. Если ты выдашь его властям и пообещаешь выступить свидетелем обвинения против него, тебе будет гарантирована неприкосновенность.

— Я не могу поступить так с Джекобом.

— Ты лучше посмотри, как он обошелся с тобой, Хэнк. В том, что произошло, виноват только он.

— Я не собираюсь доносить на собственного брата.

Дыхание Сары было учащенным и прерывистым. Я сжал ее руку.

— Не думаю, что Лу меня выдаст, — проговорил я. — Я уверен, что, если мы будем твердо стоять на своем, он подождет до лета.

— А если нет?

— Тогда дело дрянь. Мы рискуем.

— Но нельзя же вот так просто сидеть и ждать, пока он тебя выдаст.