— А что значит «Эл»?

— Это мой секрет.

— Луи? Лемонт?

— Никогда не догадаетесь.

— О, на вашем месте я не была бы столь уверена. Я — журналист, помните? Ларри? Лемюэль?

— Вовсе нет.

— Ладно, пока я не узнаю, что значит это Эл, буду звать вас Стивен. — Сьюзен упрямо и насмешливо уперла руки в бедра.

— Как желаете. — Эл потянулся и выключил свет. — Кстати, вы сами откуда?

— Я только что приехала из маленького городка в Южном Иллинойсе, где почти полтора года работала в маленькой местной газете. А перед этим, сразу после окончания школы, какое-то время путешествовала по Европе.

— Понимаю. И наша маленькая пригородная газетенка всего лишь крошечный полустанок на вашем пути к большому успеху? Куда вы целитесь? На центральную газету? «Чикаго-реджистер» или, может быть, «Пост»? — спросил он.

Сьюзен чувствовала его пристальный взгляд в ожидании ответа, будто он рассчитывал услышать что-то необычное.

— Полагаю, каждый хочет работать в одной из центральных газет, — медленно проговорила она.

Дразняще-насмешливое выражение моментально исчезло с лица мужчины. Он сменил его на холодное и невыразительное.

— Нет, не каждый, — резко ответил он, повернулся к ней спиной, наклонился над перепутавшимися у основания большой лампы кабелями и что-то поправил.

Сьюзен не могла поверить собственным глазам, недоверчиво глядящим прямо на его широкую спину. Очевидно, с его точки зрения, разговор был окончен. Она неловко отступила, собралась с духом, взяла себя в руки, развернулась и пошла обратно в отдел новостей.

Сьюзен направилась к своему письменному столу, одному из многих в огромной комнате, с компьютерами и горой рассыпающихся бумаг, и плюхнулась на вращающийся стул прямо перед монитором.

Какой странный парень. Конечно, он довольно красив с этими каштанового цвета слегка вьющимися волосами и загорелым лицом. Наверное, он проводит много времени на свежем воздухе. Но ей вовсе не нравилось, что ему удалось захватить ее врасплох. И что он имел в виду, говоря, что она очень напряжена? Как он смел разговаривать с ней так фамильярно? Плюс к этому ее обеспокоила собственная реакция на его прикосновение. Рукопожатие заставило задрожать, и дрожь поднялась по всей руке до самого плеча. Господи Боже, ей двадцать семь, а не шестнадцать, чтобы так смущаться, когда до нее дотрагивается мужчина.

И потом, после всего этого, он еще и разозлился, когда она ответила, что да, с нетерпением ждет работу в крупной газете. Да разве не все к этому стремятся?

Она повернулась на стуле и оказалась лицом к лицу с Норой, заместителем редактора.

— Кто такой этот Эл Стивен? — спросила она, постукивая карандашом по колену.

Один из репортеров сказал Сьюзен, что Нора знает в отделе новостей все и вся. Она прекрасно помнила, кто чем занимается, и просто обожала всем помогать. Судя по фотографии двоих детишек в спортивных костюмах, стоявшей на ее столе, Сьюзен решила, что Норе должно быть чуть больше сорока.

— О, Эл, — сказала Нора. — Все его любят.

Сьюзен нахмурилась. Ей не хотелось рассказывать, как ему удалось смутить ее.

— Что означает это «Эл»? — спросила она.

— Никто не знает, а он не говорит, но все зовут его так, — ответила Нора.

— Только не я. Решительно не собираюсь называть его Эл, пока он не скажет, что это значит.

Нора рассмеялась.

— Боюсь, долго тебе придется ждать.

И именно в этот момент Эл обогнул угол фотолаборатории и вошел в отдел новостей.