Он негромко рассмеялся и покачал головой.

– Ты все не сдаешься?

– Ты меня занимаешь. Ты подходишь так близко, и все-таки у тебя не хватает смелости раскрыться до конца. Я буду горевать, когда мы расстанемся.

Величественная Илона плавно опустилась на сиденье напротив Феникс.

– Он – хороший человек, – произнесла она, как будто он уже ушел. – Умный. Научившийся прятаться, чтобы достичь того, что, по его мнению, должно быть сделано.

– Илона! – В голосе Романа была смешанная с изумлением досада. – Не знаю, к чему вся эта чушь, но, по-моему, сейчас не время и не место, – как ты считаешь?

– Я считаю, – спокойно произнесла она, поворачиваясь так, чтобы посмотреть ему в лицо, – что сейчас как раз и время, и место. Здесь что-то происходит. Что-то меняется. Послушай меня, дружок, чтобы не принять неправильного или неразумного решения, – у тебя есть нечто очень ценное. Я это чувствую. Нечто, за что ты готов отдать свою жизнь. Но этому грозит какая-то опасность, а ты ведешь себя неосторожно. Тут присутствует какая-то неясная мне сила, но скоро я ее разгляжу. В твою жизнь вторгается еще какая-то структура. Возможно, она тебя смутит и даже принизит, а потом, может быть, вознесет. Будь открытым, Роман. Всегда будь открытым.

Он слушал раскрыв рот. Когда она закончила, он поднял бровь, послал ей воздушный поцелуй и ушел, не взглянув больше в сторону Феникс.

– Итак, – начала Илона, когда за Романом закрылась дверь, – ты стала новоявленным членом нашей счастливой семьи.

– Да. – Феникс заметила полное отсутствие воодушевления в голосе ясновидящей.

– Я тебя ждала.

Сначала Феникс подумала, что ослышалась, Затем по ее телу пробежал холодок, и руки и ноги покрылись гусиной кожей. Она нервно засмеялась.

Илона открыла ящик, в котором лежали камни, и, выбрав бледно-зеленый кристалл, положила его на ладонь и прикрыла другой рукой.

– Оливин, – сказала она. – Цвет твоих глаз. Бледный, почти прозрачный зеленый цвет. Также известен как перидот. Добывается в Египте, Бирме и Бразилии. Этот камешек из Египта. Я о нем забыла, пока не узнала о твоем появлении.

Феникс замерла.

– Это графиня вам сказала.

– Графиня мне ничего не говорит. – Вокруг нежного рта женщины появилась глубокая складка. – Ты ведь сама пришла в клуб?

– Да.

– Но ты пришла не потому, что хочешь чего-то для себя. Худшая разновидность колдовства.

– Конечно же, для себя. Я хочу получить работу. В последнее время я много…

– Путешествовала, – закончила Илона. В ее голосе появилась опустошенность. – К несчастью, твои путешествия привели тебя сюда слишком поздно.

– Я не поняла. – Она боялась понять.

– Конечно нет. И с моей стороны было бы глупостью на этом настаивать. В конце концов, если я буду продолжать рассказывать тебе, что я чувствую, держа в руках эти камни, ты обретешь власть, способную уничтожить меня.

– Нет! – Феникс вскочила на ноги. – Я… Пожалуйста, не надо меня во все это впутывать. Не то чтобы я находила все это непривлекательным, но я…

Она чуть было не призналась, что она – адвокат, оперирующий магическими категориями. По телу опять побежали мурашки.

Илона кивнула, и ее янтарные глаза засветились теплым сиянием.

– Ты логичная женщина, да? Женщина, карьера которой сильно отличалась от той, что ты избрала сейчас.