– Ну, – пожал плечами Насти. – Ты же слышал Романа. Феникс – его друг. Ты не упадешь в ее глазах, Даст.

– Не упаду? – Дасти Миллер резко обернулся. Он опять наткнулся на тот же торшер – и опять ухитрился схватить его на лету. – Почему, черт возьми, я должен упасть в ее глазах из-за того, что моя… моя дочь… Проклятье! Черт меня побери, ничего не пойму.

Насти достал складной нож и принялся доставать и снова убирать лезвия.

Феникс, расстроенная, подошла к Дасти и несмело коснулась его руки:

– Я очень сожалею, что вы потеряли дочь. Это, должно быть, ужасно. Звучит, конечно, банально, но я рада, что у вас есть этот малыш.

– Это девочка, – сказал Насти.

– Ой. Ты сказал «Джуниор», и я подумала.

– Дасти хотел мальчика, – сказал Роман.

– Ее, собственно, зовут… – Дасти не договорил.

– Зинния, – закончил за него Роман. – Правда, чудесное имя? Но мы все зовем ее Джуниор.

Насти шумно вздохнул и произнес с высоты своего огромного роста:

– Давайте я схожу и посмотрю, готова ли юная леди принять посетителей.

Он вышел из комнаты, и Феникс услышала на лестнице звук его шагов.

Роман и Дасти одинаковым движением засунули руки в карманы и прокашлялись.

– Чем занимается Насти?

– Служит на флоте, – ответил Дасти. – Он сейчас в отпуске. Только сегодня приехал.

Она поглядела на выражение лица Романа:

– Ты там с ним познакомился? На флоте?

– Он тоже из СЕАЛ.

– Ты рано ушел со службы?

– Да.

Ответы становились все короче. У Феникс создалось впечатление, что Роман никогда не бывает красноречивым, когда речь идет о нем самом.

С лестницы донесся звук шагов. Дверь распахнулась.

– Вот и она, – сказал Насти. Оказывается, он умел улыбаться, и – ой-ой-ой – улыбка у него была убийственная. – Маленькая мисс королева Вселенной.

Маленькая мисс королева Вселенной была обута – вот так сюрприз! – в желтые тапочки. Ее лицо окаймляли светлые кудряшки. Ярко-бирюзовые глаза были еще в дремоте. Она крепко прижимала ко рту большой пальчик, а в кулачке держала одеяло – желтое одеяло.

Роман опустился на корточки рядом с Феникс и протянул руки к ребенку:

– Ну, малышка, – голос его смягчился при этих словах, – ты не хочешь меня обнять?

Правая рука Феникс потянулась к горлу.

Джуниор выпустила из руки одеяло и перестала сосать палец. Она ринулась к нему нетвердыми, подпрыгивающими шагами. В руках Романа она задрыгала ножками, и он поднял ее в воздух над своей головой.

Ребенок закричал.

– У нее голова закружится, – сердито произнес Дасти. Роман встал и, держа малышку в одной руке, потрепал ее по спине и прижался к ней щекой.

– Ей только год и два, – сказал Дасти. – Такая умница. Уже месяц, как начала ходить. Видишь, как она бегает.

– Только, случается, падает прямо вниз лицом, – сказал Насти.

– Она хорошенькая, – проговорила Феникс, пораженная тем, как смягчились эти большие, сильные мужчины в присутствии маленькой девчушки.

– И болтает вовсю, – добавил Дасти.

Насти направился обратно к своему стулу.

– Это она выводит американский гимн, – произнес он без малейшего намека на улыбку.

– Это был… Это был несчастный случай? Что случилось с вашей дочерью? – Она тут же пожалела, что спросила об этом.