— Наверное, нам придется ехать, — он пожал плечами. — Самолеты прекратили летать с тех пор, как инопланетяне позвонили домой, а потом сбили коммерческий реактивный самолет.

Кэт побледнела. Мы еще не слышали эту новость.

— Поэтому, да, я не предлагаю полет в недружелюбном небе. Я уже выяснил все, — продолжил он. — Поездка займет у нас 30 часов, так что это будет грандиозное путешествие. Однако Хантер встретит вас в аэропорту, со стороны внутренних полетов.

Затем он улыбнулся, будто что-то забавляло его.

Я прислонился к комоду.

— Так как же Хантер поможет нам найти Аэрумов? Не думаю, что он такой уж важный чувак.

— Хантер важен, но не столь значителен, — Люк вытянул стопы так, что ноги полностью выпрямились. Я задавался вопросом, может ли этот ребенок вообще сидеть на месте. — Он является вашим проходным билетом на игровую площадку Аэрумов. Он знает, где все они отсиживаются. Хантеру не составит никакого труда привести вас к лидеру, хозяину или как его там.

Я выгнул бровь.

— В общем, вы, ребята, встретитесь с большой шишкой. Аэрумы похожи на вас, ребята. Все, что им нужно — это лидер, ради него они могут даже спрыгнуть с обрыва, — он сделал паузу, поморщив нос. — Никогда не встречал этого парня. Но слышал кое-что о нем.

— Что именно? — спросила Кэт.

Он пожал плечом.

— Не важно.

Брови Кэт соединились, когда она нахмурилась.

— В любом случае, я вынужден буду остаться здесь. Уверен, что мое присутствие необходимо, чтобы не дать Нэнси сделать что-либо, что нарушит баланс Вселенной. Арчер поедет с вами, ребята. С обоими, так? — Люк перевел взгляд со одного на другого. — Я очень сомневаюсь, что один из вас останется.

— Вряд ли, — я провел рукой по челюсти. Тридцать часов в машине с Кэт могут быть интересными, истинным наслаждением, но с Арчером? Думаю, лучше убиться.

— Кстати о Нэнси... — Кэт посмотрела на закрытую дверь, прежде чем продолжить.

— Ты не можешь вернуть ей этих детей, не важно, что ты ей обещал.

Уголки его губ растянулись в широкой улыбке, которая была немного жутковатой.

— Не волнуйся. Она — не проблема. Все, что связано с ней, определенно в конце концов разрешится само собой.

Следующим утром я сидел за белым прямоугольным столом, который напомнил мне школьную столовую. Я не знал, что и думать об этом. Скучал ли я по школе? Не очень.

Скучал ли я по жизни, которая была до всего этого дерьма, когда был только я, моя верная ручка и Кэт, сидящая передо мной?

Да. Иногда.

Но я не скучал до такой степени, что хотелось вернуть все обратно.

Доусон сел напротив меня, перекладывая яичницу — болтунью со своей тарелки в тарелку Бет. Девушка определенно ела за двоих, учитывая количество пищи, которое она только что положила, она до сих пор набирает силы.

Беременность странная штука.

Кэт стащила кусочек бекона с моей тарелки.

У нее не было причин, чтобы есть так много, кроме любви к еде... и бекону. Она улыбнулась мне и разрезала его на две части, вернув половину на мою тарелку.

— Я действительно думаю, что вам надо остаться здесь, — сказал я, снова посмотрев на брата, и взял кусочек ничтожной доли моего бекона.

Доусон нахмурился, играя с бутылкой шоколадного молока. Я знал, о чем он думал.

Я мог читать его, как открытую книгу с большими буквами и картинками.

— Слушай, вам нужно остаться здесь, — мой взгляд мелькнул в сторону Бет, которая захватила вилкой большое количество яиц. — Именно здесь вы и должны быть. Вам с Бет слишком опасно быть снаружи.

Бет подняла взгляд.

— А для вас с Кэт это не опасно?

— Верно, — Кэт посмотрела на меня, покусывая нижнюю губу.