Все, кто не был задействован на боевом дежурстве, собрались в кают-компании.

И мне было слегка не по себе, ибо банкет закатили в мою честь.

Слово взял кэп:

— Братья! — капитан Крепости постучал по хрустальному тумблеру. Я даже представить себе не могу, откуда появилась эта посуда. — Сегодня мы могли погибнуть. Вы знаете, что Крепость хорошо защищена, и в экспедиции берут профессионалов. Наши зенитчики отлично справляются с летающими тварями, артиллеристы — с бегающими по земле. На крайний случай, у нас есть геомант.

Грановский слабо улыбнулся.

— Но сегодня, — продолжил кэп, — нам бы не помогло ничто… Если бы не бортовой провидец Ростислав Володкевич. Рост, на минуточку, потомственный пирокинетик. И сегодня мы имели честь наблюдать последствия… кхм… применения его Дара. Я хочу выпить за этого парня. Ура!

В тумблерах был коньяк.

И я по достоинству оценил этот благородный напиток, выдержанный в окрестностях горы Арарат.

Экипаж Крепости состоял из тридцати человек. Кэп, он у нас клановый. Виктор Ерофеев, бывший капитан контейнеровоза, принадлежавшего Волкам. Чтобы водить «Селенгу» по Пустоши, Ерофеев прошёл курсы переподготовки, несколько лет стажировался помощником на других Крепостях и в логистических центрах, а уже потом получил назначение. Думаю, вы поняли, что этому мужику основательно за сорок, он выглядит солидно и авторитетно. Единственный из нас, кто всегда ходит в мундире, смахивающем на морскую форму.

У кэпа был помощник, который сейчас заступил на боевое дежурство. Максим Рылеев. Прибавьте сюда навигатора, старшего механика, бортового телепата, геоманта и провидца, то есть — меня. Ах, чуть не забыл Лича, командира зенитного расчёта. И Дварфа, отвечающего за всю бортовую артиллерию. Формально Лич подчинялся Дварфу, в реальности они просто занимались разными делами и не мешали друг другу.

Семён Володьков, был нашим радистом и диспетчером в одном флаконе. Поскольку он не мог обходиться без сна, то менялся дежурствами с Риверой, которая умела принимать и отправлять радиограммы. Сейчас Ривера сидела в метре от меня и тоже пила коньяк. Я и не знал, что она пьёт…

Остальные были наводчиками, машинистами, артиллеристами или механиками. Всю тяжёлую работу по перетаскиванию грузов выполняли големы, которых Великий Дом подогнал нам в огромном количестве. Ну, как в огромном… Штук пятьдесят големов точно слоняется по Крепости. Если не больше.

На заре освоения Пустоши экспедиции состояли из вездеходов, объединённых в колонны. Тогда лидеры кланов и других государств Земли полагали, что можно отбиться от чудовищ силами одарённых. Колонны начали пропадать, а бесценные ресурсы не добирались до своих адресатов. Огромные потери, в том числе и человеческие. Крепости начали строить около тридцати лет назад, если мне память не изменяет. Эти махины под завязку напичканы артефакторикой и каббалистическими цепями, иначе бы хрен они ездили и не разваливались под собственной тяжестью.

За столом собралось около двадцати человек. Все веселились, громко разговаривали, радовались победе над туннельщиком и удачному возвращению. Хотя… это ведь Пустошь. Здесь никогда не поймёшь, ослабила ли Смерть хватку на твоём горле. Шагнул за пелену Врат — вот тогда и отдыхай. До следующего контракта.

Мои соболезнования, Рост.

Я поднял глаза на Риверу.

Брюнетка смотрела на меня со смешанным выражением. Так сразу и не определишь, что кроется за этим взглядом. Уж точно не сопереживание. Интерес, неприкрытая страсть… Нет, показалось. Вот они, обычные насмешливые искорки. Как будто с тобой играют в кошки-мышки.

Уже знаешь?

Видела радиограмму в журнале.