Поднявшись на лифте до тридцатого этажа, я вышел из кабины и остаток пути проделал пешком. Вжуха пришлось оставить в машине — правила клуба запрещали приводить питомцев.

Охранник встретил меня в рекреационной зоне.

— Граф Володкевич, — представился я. — По приглашению Фурсова.

Цербер был одет в дорогой чёрный костюм и носил в поясных чехлах парные боевые ножи. А ещё у этого типа было устройство, смахивающее на пульт ДУ с миниатюрным экранчиком.

— Ваш браслет.

Я протянул руку, и цербер провёл по моему запястью «пультом».

Загорелся зелёный индикатор.

— Активация, — холодно произнёс мордоворот. — Добро пожаловать в клуб, Ваше Сиятельство.

По внешнему ободу браслета вспыхнули ярко-оранжевые буквы:

ГОСТЬ

Я поднялся по ступенькам, и передо мной разложились створки дверей. Именно разложились, лучшего слова не придумаешь. Металлические шестигранники, накладываясь друг на друга, втянулись в стены, открывая портальную арку.

Переступив порог клуба, я попал в роскошное фойе. Панорамные окна с видом на лесопарк, мраморный пол и такие же колонны, дизайнерская люстра в форме виноградной лозы, живописное полотно с батальной сценой на стене справа. А ещё — лепнина, позолота, портьеры, монументальный диван и столь же впечатляющие кресла на львиных лапах.

Ко мне приблизилась полуобнажённая девушка с подносом.

На подносе стоял бокал.

Пригубив напиток, я поставил бокал на место, и девушка удалилась, виляя шикарными бёдрами. Одна из портьер сдвинулась, и в фойе шагнул человек в старинном камзоле. Я обратил внимание, что в зале довольно прохладно — работает кондиционер.

Человек бросил на меня оценивающий взгляд.

В «Шляхту» я заявился в светло-серых льняных брюках и рубашке с короткими рукавами. Обычная летняя одежда, но на лице администратора читалось неодобрение.

— Здравствуйте, господин Володкевич.

Я коротко кивнул в ответ.

Встречающий меня персонаж не был аристократом, и у меня было ровно ноль причин терпеть его неодобрительные взгляды.

— Андрей Поликарпович ожидает вас в приватной комнате для бесед. Прежде чем проводить вас туда, хочу обозначить красные линии для всех гостей клуба.

Даже так.

Красные линии.

— Первое правило клуба, — голос администратора сделался скучным. — Вы не заходите в области ограниченного посещения. При гостевом доступе вам открыты приват-комната, мини-бар, уборная и общая гостиная, примыкающая к фойе. Это понятно?

— Вполне.

— Правило второе, — продолжил администратор. — Никаких дуэлей.

Я коротко кивнул.

— Третье правило, — тон администратора не изменился. — Здесь нельзя применять Дар, воздействуя на других людей. Эмпатия, телепатия, морфизм. Всё это под запретом. Получаем жалобу от одного из членов клуба — и вы покидаете «Шляхту» без права на возвращение.

— Разумно, — согласился я.

— И правило четвёртое, оно же последнее, — улыбнулся встречающий. — Гость находится под нашим покровительством. Никто не имеет права причинить вам вред или оскорбить. А теперь следуйте за мной, господин Володкевич.

Вторая наборная дверь, разложившись на запчасти, открыла доступ в общую гостиную. Комната была просторной и уютной. Те же панорамные окна, обшитые ореховыми панелями стены, обилие кожи и хрома, ярко выраженное зонирование. Сектор с мягкими креслами и журнальным столиком, большой подковообразный диван и бормочущий на стене телевизор, бильярдный стол и некое подобие барной стойки, места для настольных игр.

Шагая за администратором, я исподволь наблюдал за членами клуба.