— А вы?

— Сказал, что всё передам, но разбрасываться личными данными своего нанимателя не имею права.

Бенедиктов, сам того не подозревая, набрал сто очков к своему персональному рейтингу в моих глазах. Вот только вопросы множились в геометрической прогрессии. Чем зарабатывал отец моего предшественника? Куда вкачал все свои сбережения? Кому перешёл дорогу? И что за таинственный покупатель? Уж очень всё компактно по времени укладывается. Сначала вырезают мою семью, потом отправляют за моей головой убийцу, а тут ещё под шумок и усадьбу приобрести хотят. И вся эта кутерьма — аккурат перед вступлением Володкевичей в клан. Не потому ли батя торопил события, что боялся неведомых врагов и хотел заполучить надёжную «крышу»? Вот только противник среагировал раньше. Быстро и жёстко среагировал.

— Давайте разберёмся с документами, — сказал я, отодвигая тарелку.

Внезапно появившийся официант убрал всё лишнее.

Бенедиктов огласил текст завещания, после чего официально заявил, что бумага утратила смысл и попросил расписаться в ознакомительном бланке. После этого я начал подмахивать прорву бумажек, делающих меня полноправным владельцем родовых земель, усадьбы и всего остального. Стряпчий тут же всё заверял личной печатью.

— Вот это я отправлю в земельный кадастр, — перечислял Бенедиктов. — Это нужно передать в городскую администрацию Турова. Здесь потребуется ваша родовая печать.

— У меня её нет.

— Печать с гербом Володкевичей хранится в сейфе, в личном кабинете вашего батюшки. К счастью, кабинет не пострадал от пожара, а сейф оборудован каббалистической защитой.

— Как мне его открыть?

— Разумеется, кровью, — улыбнулся мужик. — Запирающее устройство среагирует на вашу кровь.

В моём мире тоже существовали магические артефакты, замешанные на крови. Правда, всё это накладывалось в виде чар. Тут всё по науке. Ребята пишут Знаки, объединяют их в цепочки, напитывают энергией и завязывают на кровь хозяина. В нашем случае — на кровь всего Рода. И это называется каббалистикой.

— Мои поздравления, — провозгласил стряпчий. — Теперь вы — полновластный хозяин всего, что испокон веков принадлежит Володкевичам.

— А что с моим изгнанием?

— Уже аннулировано.

— И я теперь глава Рода?

— Безусловно. Я перешлю копию акта на вступление в законные права куда следует, и через две недели, максимум три, вы будете считаться официальным главой и единственным представителем своего Рода, — объяснил стряпчий. — Подпишите соответствующее прошение. Здесь и здесь.

Подводные камни я чую за километр.

— А куда следует — это куда?

— Дворянское Собрание Российской империи, Туровский отдел. В Москву ездить не надо, всё оформляется через губернскую администрацию.

— Разве на этой бумажке не надо ставить родовую печать?

— Обязательно, — кивнул стряпчий. — Куда ж без этого.

Иными словами, меня могут убить до того, как я доберусь до отцовского сейфа. Или до того, как Дворянское Собрание вынесет постановление, оформит приказ и внесёт мою фамилию в реестр аристократических фамилий Турова. Широкое поле для деятельности разных ушлёпков.

Забрав бумагу, я уточнил:

— Когда раздобуду печать, связаться с вами?

— Именно.

— Что с деньгами, лежащими на счетах?

— В наследство вы уже вступили. Можете забрать их хоть завтра, — улыбнулся Бенедиктов. — Я приготовил для вас папку, в которой указаны банковские реквизиты.

— Это всё?

Троглодит начал тереться о мою ногу, выклянчивая ещё рыбки.

— Ну, если вас не интересуют покупатели…

— Ах, да, — я сделал вид, что этот вопрос вылетел у меня из головы.