— Ты все еще дрожишь, — нахмурился Джаред.

— Но я чувствую себя намного лучше, правда, — заверила его я.

Внизу хлопнула входная дверь, и Джаред поцеловал меня в щеку.

— Это Клер. Поменяла колесо и пригнала сюда твою машину. Она поможет тебе переодеться в сухую одежду.

Мне было не до споров: тело болело и зудело, будто его обработали пескоструем, закатали паровым катком и утрамбовали в мусоровозе.

Джаред ушел; Клер отлепила от меня мокрую одежду — стянула через голову футболку с длинными рукавами и надписью «NAVY».

— Спасибо, — шепнула я.

Она вскинула бровь:

— А я думала, это у меня не все дома.

Я вздохнула. Хотела засмеяться, но мои глаза медленно закрылись и вновь распахнулись.

Клер вытащила фен из мохнатой ярко-розовой сумки и принялась сушить и расчесывать мне волосы. Я приготовилась терпеть муки: пусть, думаю, дерет как хочет; однако она проявила почти материнскую мягкость.

Наконец шумный фен был выключен, и Клер села на корточки напротив меня.

— Ну вот. Ты готова.

Проходя мимо Клер на лестнице, Джаред одарил сестру благодарной улыбкой. Он был без рубашки, из одежды на нем были только голубые штаны от пижамы. Стоя в душе, я впервые увидела его телесную красоту, и, несмотря на крайнюю усталость, это зрелище произвело на меня впечатление. Играя гладкими мышцами, Джаред опустился на колени передо мной; в руках он держал маленькую белую коробочку.

— Дай мне руку.

Кожа вокруг пореза была матовой и сморщенной после долгого душа. Джаред наложил мазь с антибиотиком на рану, протянувшуюся на всю ладонь — от запястья до основания указательного пальца. Больно не было, но сидеть неподвижно удавалось с трудом, потому что меня время от времени потряхивало.

Я подняла руку, чтобы проверить, как проведена обработка. Джаред удивился:

— Что случилось?

— Аккуратная работа. — Я одобрительно кивнула и откинулась на подушку, а Джаред тем временем подошел к кровати с другой стороны.

Пока он забирался на нее и устраивался рядом со мной, я подумала: вот сейчас у меня выпрыгнет сердце. Но я чувствовала только страшную усталость.

Джаред обхватил меня руками и привлек к себе. Я вздохнула и прилегла к нему на грудь; он был горячее, чем вода в душе. От прикосновения к его теплой коже мне становилось немного больно — настолько я промерзла, но я все равно прижалась к Джареду сильнее. Ощущать эту боль было приятно.

— Обещай мне, что больше не сделаешь ничего подобного, — прошептал Джаред, целуя мой лоб.

Я уткнулась носом в ложбинку у него на шее и вздрогнула всем телом. В ответ на это Джаред покрепче обнял меня теплыми руками.

ГЛАВА 9

ЛЕЧЕНИЕ

— Нина?

Я подняла брови, но глаза не открыла.

Джаред убрал волосы с моего лица и поцеловал открывшуюся щеку.

Я поморгала глазами, туман прояснился, возникло любимое лицо.

— Сейчас полседьмого, дорогая. У тебя занятия в восемь.

Я села и немедленно схватила руку Джареда:

— Ой-ой.

— Голова кружится? — спросил он.

— Как будто ты не знал.

Джаред улыбнулся, отошел от меня, взял стопку сложенной одежды и положил на край кровати.

— Клер принесла еще кое-что из твоих вещей.

Я встала с полузакрытыми глазами и потянулась, а потом взялась за край рубашки, чтобы начать переодеваться.

— Э-э-э… Нина, — сказал Джаред, беря меня за руку. — Ты мне всегда особенно нравилась утром. Ты стоишь тут в моей футболке, а я схожу с ума. Пощади.

Я поморщилась, меня злило его настойчивое желание отложить неизбежное.