Тео настоял на мытье посуды, и, поскольку посудомоечной машины в доме не было, приходилось действовать вручную. Пока он мыл ножи и вилки, Мишель убрала приправы, схватила полотенце и принялась вытирать посуду.

– Почему вы не замужем? – поинтересовался он.

– Времени не было.

– Встречаетесь с кем-то?

– Нет.

Вот и прекрасно. Он не собирался засиживаться в Боуэне, но, пока живет здесь, не желает, чтобы какой-то соперник перебежал ему дорожку. И одно это уже делает его бессердечным сукиным сыном!

– О чем вы думаете? – неожиданно спросила Мишель. – У вас такое свирепое лицо!

Я самовлюбленный подонок. Об этом и думаю.

– Удивляюсь, почему мужчины не гоняются за вами. Один взгляд, и любой поймет, что…

– Что именно?

– Что у вас бездна достоинств, – ухмыльнулся он. Мишель закатила глаза.

– Что за романтический комплимент!

– Я из Бостона, не забыли? Откровенность в мужчинах там воспитывают с детства. Кстати, вас здесь никто не интересует?

– А зачем вам это знать?

– Чистое любопытство.

– Думаю, Бен Нелсон был бы не прочь, но я не собираюсь его поощрять. Он очень мил, но между нами не проскочила искра. Понимаете, о чем я?

– Да. Вроде той, что проскочила между нами.

– Простите?

– Вы прекрасно все расслышали.

Он отдал Мишель мокрую тарелку, заметил, что не промыл ее как следует, и снова выхватил.

– Вы хотели броситься мне на шею в ту минуту, как увидели в баре вашего отца.

Он попал не в бровь, а в глаз, но Мишель не собиралась признавать ничего подобного.

– Броситься на шею? Ну уж нет!

– Я просто называю вещи своими именами.

– И откуда вы это взяли?

– Увидел в ваших глазах.

– Сомневаюсь.

– Сомневаетесь?

– Вы были слишком заняты разглядыванием моих ног, – улыбнулась Мишель.

Но на Тео эта реплика ничуть не подействовала. Он и не думал раскаиваться.

– Изумительные ноги.

– Честно говоря, определенное физическое влечение имеется, но все это вполне естественно.

– Это введение к лекции о гормонах?

– Зависит от того, сколько мне еще стоять, пока вы не домоете салатницу. Вам нечасто приходится мыть посуду, верно?

– То есть?

– Возитесь целую вечность.

– Я все делаю не торопясь и тщательно.

Не столько его слова, сколько интонация, с которой они были произнесены, заставила ее сердце забиться сильнее. Он так же нетороплив и тщателен в постели? О Господи, что ее ждет?

– А вы были женаты? – неожиданно для себя выпалила Мишель.

– Да, и оказался не слишком хорошим мужем.

– Ваша жена умерла.

– И это верно.