Кедров же торопливо рассуждал над ситуацией. С чего такое служебное рвение? Могли ли они желать забрать добычу себе? Очень даже возможно. Хоть контейнеры и закрываются на замок с пломбой, потом легко сказать, мол, повредил или вовсе потерял парочку.

Если это правда, тогда неудивительно, что прицепились к нему. Один, без оружия, уставший и раненый, сноходец выглядел идеальной жертвой.

«И всё же это странно, — подумал Кедров. — На что он рассчитывает потом?».

Хотя и здесь были варианты. Возможно, думает, что крутой Холод просто не поднимет шума из-за того, что его обчистили простые вояки. Да даже если и поднимет, Игнату Клык каннибала точно не вернут. Слишком ценный артефакт мигом уйдет в госимущество.

Впрочем, с чего он искал только логичную причину? Настоящий гопник в душе, Алексей был просто рад ситуации, в которой можно прогнуть под себя человека, пришедшегося не по нраву. Выставить «за лоха», как это говорится. Последние мысли подтвердились. Типичный «бык» его молчание воспринял за слабость.

— Давай монатки свои снимай, — произнёс Лёха, окончательно почувствовав себя хозяином положения. — Проверим, и пиздуй дальше.

Сказанные с ленивой наглецой слова накрыли разум. Хаосит, не привыкший к такому обращению, почувствовал, как разум накрывает багровое покрывало ярости.

— Я тебя предупреждаю, — стараясь говорить спокойно, ответил он. — Отвали от меня и дай пройти.

Что-то в его словах, видимо, военных зацепило, но совсем не так, как надо было. Тройка чуть отошла и начала брать Кедрова в круг. И только почуявший кровь Алексей лишь раззадорился.

— Ты, Игнаша, чё, привык, что там с тобой все, как со звездой, обращаются? — зло хмыкнул он. — И сюда поехал, чтобы ещё больше хайпануть, да?

Не спеша растягивая слова, Алексей прямо-таки лучился самодовольством. Сноходец не понимал, когда и где парень успел накопить столько негатива к нему. Кедров ещё не сталкивался с такой ситуацией, когда ненавидят ни за что, просто за сам факт существования.

— И вот хвост тебе прищемили, — продолжал наслаждаться ситуацией гопник. — И ты сразу рванул наутёк. А ручку чё, прищемило?

Может быть, происходящее и можно было как-то исправить, но Игнат уже не желал. Ярость требовала выхода.

— Хуй тебе, — ответил он. — Я отказываюсь. И что ты сделаешь?

— О-о-о, — усмехнулся Алексей с видом «оно ещё и разговаривает». — Ну что ж. По законам военного времени…

«Сейчас я тебе покажу законы военного времени!» — мысль хаосита была переполнена ослепительной яростью.

Сноходец даже не заметил, как обратился к источнику. Он не концентрировал энергию, не пропускал её через себя и не совершал прочих обычных действий.

Всё случилось мгновенно: вот Игнат стоит, окружённый тремя военными. В следующий момент водоворот Хаоса с голодным завыванием прорывается, словно из ниоткуда, пожирая все вокруг.

«Стой!» — он взял атаку под контроль, усмиряя первостихию.

Красно-синее пламя исчезло так же быстро, как и появилось, будто в никуда. Миг, и Кедров стоит на изуродованном клочке земли. Единственное воспоминание об окружавших его людях — это четыре небольших горки какой-то непонятной субстанции.

— А! — вскрикнул от неожиданности оставшийся в укрытии военный.

Больше он ничего сделать не успел. И вновь Игнат атаковал мгновенно. Сверкнула крупица первостихии, и весь подвал накрыло всполохом пламени. На этом бой или, вернее, убийство, было закончено.

Осознание произошедшего мгновенно остудило голову.