Настойчивый стук в дверь повторился.

— Иду-иду, — произнёс он.

Подойдя, посмотрел в глазок. Увиденный человек в форме заставил Игната мгновенно напрячься. В голове тут же пролетел ворох беспокойных мыслей и догадок. Неужели уже знают? И что могут предъявить?

«Что за глупости лезут в мозг?» — подумал Кедров.

Если отбросить беспричинные переживания, его и правда не за что схватить. Ну, а то, что способности мужчины как-то вычислили — бред полный.

— Кто? — всё же спросил хозяин квартиры, не спешащий открывать непрошенным гостям.

— Откройте, полиция, — с ходу взял быка за рога молодой человек в форме.

Два слова совсем не прибавили энтузиазма. Разумеется, Игнат подчиняться требованиям не спешил.

— В чём дело? — спросил он. — Я не вызывал никого.

— Вы не поняли, — настаивал полицейский. — Нам нужны понятые.

— А я при чём? — стоял на своем мужчина. — У меня нет времени на это. Я инвалид, понимаете? Мне плохо.

Служитель закона чертыхнулся, нарвавшись на несознательного гражданина. Похоже вызывать в человеке чувство гражданского долга не вышло. Опыта у него явно не хватало.

Пока блюститель порядка искал аргументы, Игнат уделил время происходящему за дверь. А тут было на что посмотреть. На лестничной площадке, помимо разговаривающего с Кедровым сержантика, находился ещё один полицейский. Этот влезать в дискуссию и помогать сослуживцу явно желания не испытывал. Сейчас он, сделав важный вид, что-то тыкал в своём телефоне. Игнат же отметил, висящий у него на плече автомат Калашникова — это демонстрировало серьёзные намерения.

Дверь в квартиру соседки была распахнута настежь. Через глазок плохо видно, но, кажется, там маячили силуэты полицейских, явно занятых делом.

— Так, откройте дверь! — служивый начал выходить из себя. — Там уже решим, можете или нет.

В это время застучали каблуки по ступеням. В области обзора глазка появились соседка Нина Ивановна и ещё один офицер. Последний вопросительно посмотрел на сержанта.

Молодей полицейский отошёл от двери и, активно жестикулируя, начал что-то объяснять, показывая рукой в сторону квартиры Игната. Его собеседник нахмурился и почесал подбородок.

Подумав, он махнул рукой, явно показывая сослуживцу, чтоб тот не оставлял попыток. Сам он повёл Нину Ивановну в глубь квартиры Оксаны. Любопытная бабка с кучей свободного времени от роли понятой, конечно же, отказываться не стала.

— Послушайте, — сержант подошёл к двери и заговорил явно утомлённым голосом. — Нет больше никого в подъезде. Будний день, все на работе, нам нужен понятой, понимаете?

«Ага, как же, — подумал Игнат. — Просто желающих нет».

— Если вы откажетесь, то понесёте ответственность, — попытался зайти с другой стороны служитель порядка. — Это ваш гражданский долг.

Ему явно не хватало опыта работы и убедительности в голосе.

— Я ещё раз повторяю, — ответил Кедров. — Рад помочь бы, но я инвалид, понимаете? Мне потом по участкам и отделениям мотаться? Я с трудом передвигаюсь.

Сдаваться он не собирался. Игнат на самом деле не помнил, предусмотрена ли какая-то ответственность за отказ, но лучше он заплатит штраф. Лезть в квартиру соседки мужчина не собирался.

* * *

В двушке Оксаны Дёминой и её покойного мужа стоял знакомый Игнату затхлый запах непроветриваемого помещения. С приходом полиции беспорядок усугубился в несколько раз.

Сейчас здесь находились три человека и, собственно, сама хозяйка квартиры. Застучали шаги в коридоре, в комнату вошёл ещё один офицер с пожилой женщиной.