— Больно нам будет, — резюмировал я услышанное. — В победе то я не сомневаюсь, но хотелось бы снизить уровень потерь, которые непременно последуют, когда будем пробивать даже участок внешней стены, не говоря уж о штурме замка, что последует после.

— Такова война.

— Согласен, леди Арилла, только переть напролом не хочется. А поскольку я в этом домене совсем недавно, в отличие от вас… Возможно, вы сумели узнать о каких-либо слабых местах находящихся внутри крепости?

Принцесса Дома Тайр жестом повелела магу не лезть со своими мнениями и предположениями, предпочтя самой ответить на прозвучавший вопрос.

— Есть два потайных хода, но известно расположение лишь одного из них. Думаю, его завалили или временно заблокировали так, что использовать не получится.

— На такой подарок сложно было б рассчитывать. Жаль, но ничего не поделаешь. Должно присутствовать нечто менее очевидное, способное нам помочь. Самые смутные слухи, непонятные странности, слабости ключевых для обороны крепости персон — я готов выслушать всё, а потом обсудим. Можно ли это использовать к нашей выгоде и если да, то как именно.

— Советники княгини, — после некоторого раздумья процедила дроу. — Я не уверена, существенно ли это, но всё же.

— Советники… Про них могут быть важными любые мелочи.

— Особенно мелочи, — томно протянула так и не покинувшая местечка у меня на коленях суккуба. — На них чаще всего не обращают внимания, а они иногда ключ к закрытой двери.

— Или к пыльному чулану со старым хламом, — скривилась Арилла, явно вспомнив что-то из личного опыта. — Хорошо, слушайте. Советники княжны Илладриэль, Галлиар и Баннаорн, немного изменились. Первый, отвечающий больше за дипломатию, с самого начала поддерживал заключение союза с Единением, с его представителем. Он присоединился к появившейся в домене княгине не сразу, и с самого начала у него не заладились отношения с Баннаорном, лучшим из полководцев. Потом всё изменилось. На первый взгляд они всё так же друг друга недолюбливают, но почему то стали поддерживать идеи друг друга. Баннаорн переменил своё нежелание сотрудничать с инсектами и сейчас убеждает колеблющихся. Объясняет это тем, что Единение — часть замысла Великой Матери, в то время как вы, демоны, чужды миру. Мы же, дроу — искажение Матери, отбросившие её милость и потому заслуживающие самой суровой кары. Отношение к нам понятно, но вот к инсектам…

— Эльфы меняют свою позицию очень медленно, годы, а то и десятилетия, — уточнила Ламита. — Странно. Да, Хельги?

Не то слово! Здесь мне не там, не в родном и привычном мире, в котором не было и толики магии, зато большинство людей меняло мнения и убеждения как перчатки. Хотя вру, перчатки они могли менять куда как реже.

— Сталкивались мы с теми, кто умеет заставлять меня не только поведение, но и саму суть. Они ещё очень любят о разного рода единстве упоминать. Но еслиподтвердятся именно эти, очень неприятные подозрения, то… Выходит, проникновение насекомышей распространилось очень уж широко. Вопрос в том, как?

— Может и не стоит беспокоиться? — в отличие от слов, голос суккубы был чрезвычайно серьёзен. Тут и общие знания демонов про инсектов, и виденное уже тут. — Пока это только слова.

— А для их подтверждения или опровержения надо как минимум опрыскать подозреваемых алхимическим нейтрализатором запахов.