Увы, их взору предстала картина жуткого разрушения. Планета лежала в руинах, словно после ядерной бомбардировки. Потрясенные этим зрелищем, альтанцы принялись разбирать развалы в надежде отыскать хоть какую-нибудь разгадку случившегося. Но то, что они обнаружили, повергло исследователей в еще большее изумление. Нет, жители планеты отнюдь не истребили себя в междоусобицах. Колонисты пали жертвой нападения со стороны неизвестных доселе кентавроподобных существ, которых жители Нью-Провиденс называли рьяллами.

Вскоре после того, как им стало известно о существовании племени космических бандитов, альтанцы отправились в систему Хеллсгейт, где в свое время жители Нью-Провиденс основали дочернюю колонию. В найденных свидетельствах говорилось, что именно сюда в поисках спасения бежали те из жителей Нью-Провиденс, кому повезло остаться в живых.

Альтанские корабли вошли в систему Хеллсгейт и быстро установили контакт с колонистами. Выяснилось, что Мир Сандарсона, или Сандар – так местные жители называли свою планету, – воюет с рьяллами уже больше столетия. Не успела экспедиция альтанцев подойти к концу, как они сами имели возможность стать не только свидетелями, но и участниками космической баталии.

* * *

Ричард Дрейк резко проснулся от какого-то приглушенного гула, доносившегося снаружи. Сначала он решил, что это крик калу – этот зверь выходил на охоту по ночам. Затем, стряхнув с себя остатки сна, вспомнил, что в окрестностях Хоумпорта калу не водятся вот уже больше столетия.

– Что это? – прошептал он в темноте. Лежавшая рядом с ним Бетани тоже проснулась.

– Ой, оказывается, я заснула! Который час? – немного погодя спросила она.

Дрейк посмотрел на светящиеся в темноте цифры хронометра – они словно повисли над тумбочкой.

– Почти двадцать ноль-ноль. А что это за шум снаружи?

Бетани присела в постели и прислушалась.

– А, это сирена космической атаки. Сегодня утром объявили, что будут проводиться учения.

– Откуда тебе известно, что это не настоящая тревога?

– М-м-м, – задумалась Бетани. – По-твоему, рьяллы нападут как раз в тот момент, на который запланированы учения?

Дрейк рассмеялся.

– Почему бы нет, будь у них такая возможность. Но сначала им пришлось бы прошмыгнуть мимо сандарцев. Ну а поскольку нам не известно ни о каких крупных успехах рьяллов в системе Хеллсгейт, можно предположить, что пока мы в относительной безопасности.

– Ричард, будь добр, деполяризуй окно. Хочу взглянуть на ночное небо.

– А где кнопка?

– На тумбочке, рядом с часами. Маленький выключатель для света, большой круглый – для окна.

Дрейк пошарил рукой в темноте и, нащупав на тумбочке круглую выпуклость, повернул ее по часовой стрелке. В следующий момент одна из стен спальни исчезла, вернее, огромное – от пола до потолка – окно стало полностью прозрачным.

За окном стояла тихая ясная ночь. На другом берегу реки Тигрис весело мерцали огни Хоумпорта, а на западном конце небосклона, у самого горизонта, светился Антарес. Казалось, будто над спящей планетой разлито серебристое свечение ртутной лампы.

Прямо у них за окном этот призрачный свет отражался в неторопливых водах Тигриса; а в ночной тишине по серебристой ленте реки вверх по течению медленно плыла прогулочная лодка.

Бетани перевернулась на живот.

– Ричард, ты посмотри, какая ночь! Какое волшебство! Просто загляденье!

Дрейк кончиками пальцев медленно провел по ее спине:

– Это ты у меня загляденье!

Где-то вдали, едва слышно, все еще раздавалось завывание сирены, но вскоре и оно смолкло.