— Юсуф! — Самир вышел на связь с товарищем, надеясь на то, что у сепов не оказалось при себе глушилки, которую они придержали бы ровно до этого момента. — Как минимум двое кинетов в ста двадцати метрах относительно моей позиции, направление…

Капитан сверился с показателями на дисплее шлема.

— … триста десять, минус двадцать. Мы под ударом, попытайтесь выйти на их позицию!

— Принято, «Палач». Мы ускоряемся, держитесь!..

— Контакт! — Самир плашмя упал на каменистый пол тоннеля, очередью срезав высунувшегося с парой гранат в руках сепаратиста, воинственный клич которого прервался болезненным воем. Впереди, на позициях врага, громыхнуло, и следом туда полетела новая порция гранат: светошумовые гулкими хлопками и вскриками врагов оповестили об успешности бросков, а после уже и сам Самир с напарниками-штурмовиками ворвался в достаточно просторное помещение. Приборы ночного видения обеспечивали им чёткую картинку, так что судьба посредственно оснащённых сепаратистов была предрешена: с десяток коротких очередей, и поблизости не осталось ни одного живого защитника.

И всё же, один из штурмовиков так же остался лежать на каменном полу: у шальных пуль были свои мысли касательно судеб военных.

— Минус семь. — Самир обозначил число убитых, мазнул взглядом по телу павшего товарища и обернулся к идущему в конце группы биокинету, который даже не стал дёргаться, издалека определив факт смерти члена группы. — Сколько?

— Ещё пятнадцать сигнатур. — Подтвердил тот расчёты, на секунду сконцентрировавшись. — Чувствую их чётче. Самая крупная группа — перед нами, они удаляются!

— Продолжаем движение!..

Не было времени ни на использование дронов, ни на аккуратное продвижение. Капитан ясно понимал, что ещё несколько минут — и Фарид со своими геокинетами вполне может улизнуть, попросту закопавшись в стены и выйдя из радиуса обнаружения силами биокинетов. А дальше искать их будет настолько же эффективно, насколько перспективны поиски песчинки золота посреди пустыни…

Впереди снова что-то громыхнуло, а спустя полминуты отряд вышел к массивной каменной плите, перекрывшей ход. Молча, не сговариваясь вперёд вышли телекинеты, и пси-сверло огромной мощи вбурилось в породу. Камень трещал и скрипел, осыпаясь пластами, а пыль стояла столбом. Телекинеты, сконцентрировавшись, за считанные секунды проделали достаточных размеров дыру: плита оказалась толщиной в метр.

И всё же, даже эти секунды — время, которое утекало сквозь пальцы.

В гарнитуре прозвучало сообщение от Юсуфа: его группа вступила в бой с существенной частью противников. Это и обнадёживало, и прямо указывало на то, что Фарид пытался сбежать.

Самир прибавил ходу, в то время как впереди вновь загрохотало. Телекинеты снова выдвинулись вперёд, готовясь проделывать очередной ход, как вдруг грохот резко оборвался, и по тоннелям разнёсся полный жути и боли слитный вопль нескольких глоток.

— Они не успели! — Самир, пригнувшись, проскользнул под на треть опустившейся каменной плитой, прицелившись вперёд. Подствольный фонарь рассёк полумрак белоснежным лучом, обеспечивая для ПНВ около-идеальную картинку… и капитан застыл на мгновение, силясь осмыслить картину, открывшуюся его взору.

Фарид, — а никем иным человек в характерных одеяниях быть, пожалуй, не мог, — метался среди рассыпавшихся безвольными куклами тел, бормоча что-то себе под нос и пытаясь докричаться хоть до кого-то. Его группа сопровождения же не подавала признаков жизни: из них словно разом вырвали стержни, побросав пустые оболочки в холоде подземелий.