— В чем дело? — насторожился Зибелинг.

 — Я… я… Что-то не в порядке, — слова вырвались у меня до того, как я смог их остановить.

 — Я вижу. Ты испытываешь боль? Что? — Его слова утонули в бессмысленном шуме.

 Я закрыл руками уши.

 — Замолчите! Мне нужно кое-что расслышать.

 Но страх уже улетучился. Я не мог обнаружить его источник — мешали помехи, создаваемые госпиталем и портом.

 Порт… Дир, наверное, уже там, и то, что я внезапно ощутил, может означать лишь одно: он попытался проникнуть на корабль и случилось нечто…

 — Кот, Кот! — Зибелинг почти кричал. Я вновь сосредоточился на его лице, глазах, почувствовал, как напряжение переходит в страх. Я не мог больше оставаться здесь и стремительно вышел, предоставив Зибелингу кричать что-то мне вслед. Я почти бежал, простирая вперед телепатический луч, но не находя ни Кортелью, ни какого-либо объяснения его паники. Влетев в портовый зал с мозаичным полом, ничего необычного я не заметил, все находящиеся там были спокойны. Тут в моем сознании возникла Джули, я увидел ее на рабочем месте; она передала мне, что уловила внезапный страх Кортелью и очень обеспокоена.

 Но прежде чем я смог ей ответить, со мной рядом появился Рубай. Он, видимо, телепортировался сюда. Но тут я сообразил, что он вошел, как и все, я просто не ощутил его приближения. Каким-то чудом мне удалось не вздрогнуть и сбить панику, которая охватила меня при его виде.

 — Ты не должен здесь появляться, — сказал он. — Гэлисс уже предупредила тебя, что это опасно.

 Я попытался небрежно пожать плечами.

 — Да я просто… зашел повидать Джули.

 (Что ему надо, что?)

 — Встречайся с ней в менее людных местах. Теперь пойдем со мной, я тебе кое-что покажу.

 Он крепко взял меня за руку, и я поплелся с ним — выбора не было. Мог ли он не знать о Дире? Его истинные мысли и намерения были для меня такими же непознаваемыми, как чистое небо. Интуиция подсказывала мне, что задача предстоит не из легких.

 — Ты сейчас на волоске, — сказал он железным голосом, усилив хватку на моей руке.

 — Мне не привыкать.

 Мы вышли из здания порта и пошли по улице. Ветер был холоднее обычного, а в небе громоздились тяжелые, грязного цвета облака. Уличные фонари горели дрожащим светом, несмотря на то, что занималось утро. Чем-то это напоминало Старый город. Меня мучил вопрос, что же произошло с Диром. Мы достигли магазина, который Гэлисс показала мне пару дней назад. Он как будто был закрыт, но Рубай отпер дверь, и мы вошли. Магазин был пуст, мы опустились в складские тоннели.

 Там нас ждали Гэлисс с парализующим пистолетом и двое псионов, которых я не знал: это были угрюмые накачанные ребята, одетые в униформу охранников. И Дир, стоявший под прицелом, как взъерошенная птица. Я замер, встретившись с ним глазами.

 — Что? — начал я, чтобы прикрыть лихорадочное мелькание мыслей, прекрасно зная — что…

 Дир покачнулся, увидев меня: его предсказание сбывалось. Охранники подхватили его и снова поставили на ноги. Мои руки вцепились в грубые деревянные перила. Рубай внимательно следил за моей реакцией, я чувствовал, что Гэлисс и оба охранника пытаются, сбив контроль, проникнуть в мои мысли.