Отец сделал все, что я просил еще в понедельник, поэтому уже во вторник, отпросившись со школы пораньше, я трясусь в электричке, где осторожно, чтобы не помять девственные страницы новой книги, перечитываю Булгакова.

С собой у меня молоток, фонарик со сменной батареей и лампочкой, папкина ручная дрель и пара гвоздей десятого размера. Еще школьная линейка, я настроен серьезно сегодня решить вопрос с возможным убежищем на случай облавы.

С вокзала доезжаю до Садовой, оттуда до нужного дома, где с удовлетворением вижу, что никто из жильцов вроде не заметил пропажу замка. Как лежал мой кирпич, подпирая дверь, так и лежит, родненький.

Я замерил, где теперь должна находиться высверленная дырка в крепеже линейкой, со второй попытки попал точно в нее длинным сверлом через толстую доску, прошел немного подальше, чтобы просверлить побольше дырку для гвоздя. Когда вставил крепеж, проверил, как он держится на гвозде. Получается нормально, есть люфт на один сантиметр и потом крепеж с проушиной встают намертво. Зато я могу просунуть свою тонкую руку без одежды и надавив на ушко, вытащить гвоздь за шляпку, подцепив его ногтем.

Теперь, если я поднимусь наверх, могу за десяток секунд открыть дверь, войти внутрь и закрыть ее так же, а поставив гвоздь в дырку, снова блокирую попадание на чердак снаружи. Только теперь именно этот крепеж придется не так сильно загонять в свою дыру, тот же, который входит в дверь, стоит забить посильнее, что я и делаю.

Потом выхожу на улицу, пока никто из жильцов не выбрался посмотреть на звуки ударов около чердака, обхожу дом и с Лермонтовского проспекта попадаю в соседний двор. Который еще через один двор выводит меня к подъезду, по которому я могу спуститься с чердака дома. Там поднимаюсь так же на чердачную площадку, снова немного расшатываю забитый в притолоку крепеж.

Теперь, если нормально пнуть, дверь распахнется, и я окажусь далеко от облавы.

Надеюсь, менты, даже если и заметят, что кто-то шмыгнул в подъезд, поднимутся наверх, убедятся, что чердачная дверь закрыта, тогда они решат, что убежавший спекулянт сидит у кого-то в квартире и его теперь не достать.

Юлечка немного перепутала, ее родные уезжают только на следующей неделе, зайка сама огорчилась не на шутку. А я под внешним видом расстройства бурно радуюсь про себя тому, что проверка ее соблазнами примерно третьего размера наедине переносится еще на неделю.

Зато в субботу я снова качусь на семичасовой электричке, проезжаю Ульянку, где уже в половине девятого появились первый торговцы и покупатели. Вспоминаю наше приключение на рынке и все больше убеждаюсь, что тогда я принял правильное решение. В кармане у меня сто пятьдесят рублей, и я собираюсь что-то купить сегодня себе из шмоток.

Сам в начале девятого появляюсь около заветного места. В руке у меня солидный дрын, заботливо обрезанный по размерам. С его помощью я собираюсь при появлении милиции заблокировать на несколько секунд дверь в подъезд, чтобы осуществить эвакуацию с места преступления в относительном комфорте. Пока менты или братья по несчастью будут дергать ручку, точно успею подняться и спокойно открыть чердачную дверь.

После такой эвакуации могут возникнуть проблемы с соседями по торговле, зато, я точно смогу исчезнуть с места нарушения социалистической законности безо всяких последствий. А дальше уже можно снова что-то придумать.

Первый день торговля у меня идет на зависть соседям, книги по ассортименту отличаются от того, что лежит перед ними. Уходит и Булгаков, и Фейхтвангер, все по по двадцать, пара книг подешевле тоже продаются, последние из дешевых, по десять рублей.

Цены мне, кстати, сказали сами конкуренты, спасибо им большое, чтобы я сам не мешал им торговать своей недобросовестной конкуренцией. Сегодня они продали две книги, хотя, у других соседей дела идут получше, там и книг побольше, да и ассортимент интересней тоже.

Конкуренты, которые знакомые мужики, пропадают пораньше меня из двора, я еще раз рассматриваю самопальные кроссовки и убеждаюсь, что это полное фуфло.