Кинион быстро сел.

— Чё-ерт, Хэйc! Она ушла! Если бы ты приготовил кофе за меньшее время, чем нужно, чтобы поменять коробку передач, она могла бы задержаться подольше!

— Извините, босс, но машина работает только с такой скоростью, — Хэйc поставил чашку перед Шефом. — И, умоляю, шеф. Рано в кровать, рано вставать? Больше похоже на быстрее трахнешься, быстрее кончишь. Боже, эта снежная-королева-грязная-девчонка-в-жопе-затычка вся обкончалась от вас.

Шеф посмотрел на своего заместителя.

— Ты… ты так думаешь, Хэйc?

— Ну, босс, я не вижу иной причины, почему каждый раз, когда она смотрит на вас, она похожа на блядскую сучку шакала во время течки с животом, набитым шпанскими мушками. Заметили мокрое пятно на ее штанах, когда она уходила?

— Да ладно, Хэйc! У нее не было мокрого пятна на…

— Шеф, едрён-батон, либо у этой армейской шлюхи, когда она уходила, из пизды капало, как из сломанного крана, либо кто-то вылил ведро воды ей в штаны.

Блядь, — подумал шеф. Может ли это быть правдой? Что особенного прекрасная, необыкновенная и, конечно, просто охренительно красивая девушка, типа капитанши Даны Маджоры может увидеть в таком мужике, как Шеф?

— Ну, она попросила меня называть ее по имени, — подал он голос.

— Шеф, учитесь у меня, я — эксперт по мокрощёлкам. Когда всякие высокомерные сучки ведут себя подобным образом, это все равно, как если бы они носили табличку с надписью: ВЫЕБИ МЕНЯ, КАК БЛЯДИНУ, КОТОРОЙ Я И ЯВЛЯЮСЬ. Итак, когда вы собираетесь этим заняться?

Шеф был совершенно ошеломлен.

— Что ты говоришь, Хэйc? Ты имеешь в виду, что я должен пригласить ее куда-нибудь?

Патрульный Мика Хэйc разразился смехом.

— Пригласить ее? Бля-а-а, шеф, зачем еще тратить на нее деньги? Никогда не тратьте больше, скажем, пяти или шести баксов на девчонку, а этого достаточно, чтобы напоить ее. По моему мнению, это девки должны платить нам, потому что только мужчины обладают единственной штукой, что наполняет бабью жизнь смыслом, и эта штука — хуй. Так что, к дьяволу все это дерьмо со свиданиями, босс, просто возьмите с собой упаковку пива «Кейстоун», напоите в своей машине до поросячьего визга, затем напрудите ей полную щелку и оботрите член об ее дурацкую блузку. Именно так нужно обращаться со всеми девками, и это, в любом случае, все, чего они заслуживают, поскольку Ева откусила от того яблока в раю, и с тех пор они прокляты Богом — вот почему Господь сделал так, что их киски пахнут хуже, чем куча рыбьих кишок под солнцем на столетней пристани. Единственный смысл существования девок — это чтобы парни использовали их в качестве дырок для траха. Так что сделайте это, если не хотите оказаться в пролёте. Будьте кулинаром, шеф, и приправьте ее пиздячное суфле своим горячим южным перцовым соусом. Она, как течная сука, босс. Она хочет трахаться, пока ее пизда и срака не станут по размерам, как канализационные люки. И если вы не отымеете ее, то это сделает какой-нибудь другой кобель.

Шеф опечалился не столько из-за яростного женоненавистничества Хэйcа, сколько из-за его последних слов. Если она хочет меня, то пусть лучше это сделаю я. Потому что, если это буду не я, то какой-нибудь другой парень…

— Но, Хэйc, я не могу просто так закадриться с капитаном… Бля-а-а!.. Я же женат.

Хэйc покачал головой с прощающим лицом.

— Не поймите меня неправильно, шеф. Я очень уважаю вашу прекрасную жену Карлин, и мне все равно, что она весит больше, чем грузовик, полный шлакоблоков для строительства чертовой дамбы, босс, потому что я уверен, что она замечательная жена, которая дает вам все, что вы хотите в жизни…

— Ближе к сути, Хэйc, — выпалил Шеф с интонацией ядовитой гадюки.