— Будет деревня жить впроголодь, потому что сезон охоты уже закончился, поймать двух змей остальные охотники уже не успеют.

— Значит?

— Недооценить себя — подвести только себя. Но если переоценить себя — то это… Подвести других?

— Молодец! — обрадовалась я. — Переходим к третьей части. Если оценить себя правильно?

Чтобы получить правильный ответ, нужно было сложить обе части вместе и вывести вывод. Ен молчал, и тогда я подсказала ещё немного, апеллируя уже к его собственным знаниям.

— На поле боя ты не можешь быть везде. Но, тем не менее, осуществляется и разведка, и атака, и успешная защита. Почему?

— У меня есть воины, которые это делают, — пробормотал Ен, потом расплылся в довольной улыбке. — Всё просто! Ты тоже можешь что-то переложить на других! А взять на себя то, что тебе по силам и что получается у тебя лучше всего!

— Отличная работа, — протянув руку, я потрепала мальчишку по светлым вихрам. — Теперь ты знаешь, что важно не только оценивать верно врага, но и себя тоже.

— Я запомню… Как тебя мне называть?

— Как все, Зеоннала.

— Красивое имя…

— Спасибо.

Взгляд Ена был внимательным, острым, ему не нужно было объяснять, что имя значит.

— Зеоннала, — повторил он.

Из коридора донёсся сердитый мальчишеский голос:

— И до утра не беспокоить!

Дверь хлопнула, Али вошёл в комнату, закрыл осторожно дверь. Рядом сквозь стену втянулся Рамир. Он уже перешёл в свою призрачную форму сегодня утром.

— Хвост был, — сообщил призрак, — теперь полежит немного, поспит, сны хорошие посмотрит.

— Не убил?

— Дело было в людном коридоре, не стал рисковать, — отчитался мой напарник.

— Хорошо. Али…

Мой светлый мальчишка смотрел на меня сердито и исподлобья. Я могла пойти и обнять его, сказать, что все будет хорошо. Но сейчас ему нужно было другое. Не моя женская нежность и опека. Ему нужна была информация и мой воинский меч.

— Хана…

— Во дворце больше нет, — кивнула я. — Я уже знаю.

— Они сделают все, чтобы я не добрался до города Тысячи сердец.

— Им придётся делать все, чтобы это произошло в замке Хана. Как только ты покинешь его территорию, тебя будут защищать змеиные проводники. Соответствующий приказ уже дан и оплачен, и не подлежит отмене.

— Брат?

— Нет. Я.

— Тебя послушали проводники? — уточнил Ен.

— Меня? Никогда бы. Но Зеона — более чем. Я предупредила, что ты — под моей охраной. Для окружающих это уже показатель того, что стоит задуматься о целесообразности нападения.

— Твоя слава работает на тебя, — пробормотал муравьёнок.

— Да. Несколько первых… эпизодов моей богатой жизни… Хорошо показали, что некоторые личности обладают ядовитой сущностью, делающей их совершенно несъедобными.

Ен и Али переглянулись.

В их глазах неожиданно я увидела то, чего раньше не было. В глазах моего солнечного ребёнка появились золотые искры, точно такие же, как в глазах муравьёнка, и то же самое было наоборот.

Как часто и как плотно эти двое общались телепатически для таких изменений? Они что, постоянно на связи друг с другом?!

— Какие у нас будут планы и действия? — спросил Али.