— Подходите, джентльмены, вы сразу почувствуете себя лучше, как только подстрижетесь и побреетесь, — пригласил майор Ларош.

— Полагаю, что ничего против бритья не имею, — заметил Длинноногий. — Меня больше беспокоят эти скелеты, один из которых только что принес мне сапоги.

Майор Ларош подкрутил усы. Впервые за все время он почему-то был оживленным и радостным.

— Да не скелеты это, месье Уэллейс, — ответил он. — Это прокаженные. Вы находитесь в монастыре Святого Лазаря, колонии для прокаженных.

— О Боже мой, — вздохнул Верзила Билл. — Вот это да! Однажды я видел прокаженного — это случилось в Новом Орлеане. Тот, кого я повстречал, не имел рук вообще.

— А как насчет глаз? — поинтересовался Гас. — Они видеть могут?

Майор Ларош уже отошел, предоставив Верзиле Биллу возможность самому прояснять вопросы, связанные с проказой.

— Думаю, он мог видеть, — продолжал Верзила Билл.

— Этот-то наверняка мог видеть, — решил Длинноногий. — Он же увидел мои сапоги и принес их сюда.

— А что если теперь в твои сапоги забралась проказа? — предположил Билл. — Наденешь их, а твои ноги начнут гнить и отвалятся.

Как раз в этот момент Длинноногий натягивал правый сапог. Услышав предостережение, он отшвырнул оба сапога в сторону.

— Я пока похожу босиком, — решил он. — Уж лучше пусть песчинки расцарапают мне ноги, чем я превращусь в чертов скелет.

Больше всех стоящие во дворе фигуры встревожили Гаса. Они казались ему таинственными привидениями.

— Билл, так как все же насчет прокаженных? — спросил он. — Они живые или уже мертвые?

— Тот, кого я видел, был вроде как посредине — ни живой и не мертвый, — рассказывал Верзила Билл. — Он ведь двигался, стало быть — жил. Но рук у него не было, значит, одна половина у него жила, а другая нет.

Майор Ларош в это время проводил осмотр своих солдат. Он нервно повернулся к техасцам и жестом приказал им поскорее подходить к брадобреям.

— Идите, вас побреют, — торопил он. — Судье, когда он приедет сюда, не понравится, если он увидит вас похожими на заросших косматых зверей.

— Майор, нам немного не по себе из-за этих прокаженных, — сказал ему Длинноногий. — Из нас только лишь Билл раньше видел одного такого.

— Прокаженные здесь лечатся, — объяснил майор. — Вреда они вам не причинят. Те из вас, кто останется здесь, вскоре привыкнут к ним.

— Надеюсь, я здесь не останусь и мне не придется жить среди людей без кожи на костях, — проговорил Гас.

Майор поглядел на него с удивлением.

— Остаться здесь или не остаться — зависит от фасолевых бобов, — произнес он и без дальнейших объяснений повернулся и зашагал прочь.

Калл внимательно изучал прокаженных. По ночам всякие разговоры о покойниках, бродящих по земле, внушали ужас, но днем стоящие в отдалении больные казались не такими уж и страшными. Какой-то из них, заметив, что Калл внимательно глядит на него, вжался поглубже в тень под балконом. Некоторые прокаженные казались неестественно короткими — вероятно, у них не было ног.

Половина техасцев уселась на стульях, чтобы побриться, другая половина стояла и смотрела. Тепло пригревало солнышко, да и брадобреи пользовались теплой водой. Хорошо! Калл, которого брили в числе первых, случайно глянул вверх, на крытую галерею, опоясывающую второй этаж здания монастыря, и увидел там несколько человек, задрапированных в белые покрывала, столпившихся вокруг маленькой фигурки: она была запеленута во все черное, но не наглухо, как фигуры в белом.