|
Управлял повозкой коренастый мужичок. Я убрал катану и танто в ножны, попросил друзей не высовываться и вышел на дорогу. Дровосек увидел меня и привстал, схватившись за топор. Потом узнал меня, остановил телегу, спрыгнул на землю и поклонился до земли.
— Приветствую тебя, господин Акиро!
— Хотел сказать мир дому твоему, — начал я. — Только боюсь это уже не в тему.
— Что вы такое говорите? Что случилось? — мужичок средних лет с небольшой проседью в усах и короткой бороде пошёл ко мне навстречу. Топор остался лежать в том месте, где он спрыгнул на землю. — Что произошло?
— Ты давно уехал в лес за дровами?
— Утром, через час после рассвета, — растерянно ответил он.
— Всё было нормально?
— Да, всё как обычно. Горняки потянулись к шахтам, мастеровые разжигали печи, бабы звенели посудой, занялись готовкой и стиркой, всё, как всегда. А что?
— Там тишина гробовая, словно нет никого во всём городе.
— Да не может быть! — мужик стянул с головы шляпу. Расширенные от ужаса глаза и дергающееся веко. — С чего бы так?
— Возле деревни фермеров мы с друзьями уничтожили отряд Гэндзи, человек двадцать пять. Они шли вырезать деревню. Не дошли. А сюда похоже дошли и, скорее всего отряд гораздо больше.
— Куда ж они всех подевали? У меня ж там семья большая. Жена, дети, внуки. У нас хозяйство большое, мастерские свои. Это ж столько лет не покладая рук горбатились. Неужели всё, господин? — голос дровосека дрожал, на глаза навернулись слёзы. — Да я ж за своих родненьких им всем собственными руками шею сверну, бандюганам этим!
— Нет, ты побудь пока здесь. Мы пойдем сами, а когда всё будет в порядке, дадим знак.
— А кто, мы-то? Ты ж тут один, господин Акиро!
— Нет, не один, — я махнул рукой и все вышли из укрытия.
— А остальные где ж? Вас только пять?
— Да, пять.
— И вы уложили четверть сотни разбойников? — мужичок покосился на меня с недоверием.
— Именно так, — кивнул я, но моё подтверждение его ещё больше смутило. — Мы маги, отец. Поэтому справились. И сейчас справимся.
— С вами пойду, — бросил мужичок и посеменил к телеге. — Топор только возьму и нож.
— Не стоит, отец, — сказал я, добавив жесткости в голос. — Отсидись пока здесь. Мы позовём.
— Не гоже мне в кустах отсиживаться, когда молодой господин за моих сердешных драться пойдёт. Так что пойду с вами. И не пытайтесь меня отговаривать! — остановил он мою очередную попытку показать, кто здесь главный. — Или я с вами, или убейте прямо здесь. Меч у вас есть, секите голову!
— Не буду я тебе сечь ничего. Ладно, будь по-твоему. Только не лезь на рожон без нужды. С арбалетом справляться умеешь?
— Ты покажи, я смогу.
— Ладно.
Я выпустил кота, вытащил оттуда всё наше вооружение. Мужик смотрел на всё это и только цокал языком. Ещё приговаривал: “Ай да киса, ай молодец какая! И заправду колдуны!” Акеми облачилась в магический доспех, я нацепил трофейные латы. Ребята тоже навешали на себя кое-что из добытого. Через пять минут все готовы.
— Тебя как зовут? — обратился я к мужику. Биться вместе идём, хоть имя знать хотелось.
— Ясуши, мой господин, — сказал он и почтительно поклонился.
— Здесь война, не кланяйся больше, не до того, — сказал я ему. Вместо ответа тот коротко кивнул. — Ты знаешь там все входы и выходы, будешь проводником. Нам надо войти в город максимально незаметно.
— Это я смогу. Город с малых лет исходил вдоль и поперёк. Идите за мной.
Неожиданно ловко закинув мой арбалет и колчан за спину, Ясуши потопал меж деревьев в сторону от дороги. |