|
Если и есть, то, возможно, мне он не знаком. Я действительно ни о ком и ни о чем там не знаю. А здесь мне каждый близок. Но я должен идти.
Маркено кивнул. Уинни тихо заржала, и они оглянулись. Рошарио, Эйла и Толи с Шамио на руках выходили из дома. Малышка изо всех сил пыталась дотянуться до Волка.
— Что делать с Шамио, когда не будет Волка? — сказал Маркено. — Она не хочет разлучаться с ним ни на миг. Она и спала бы рядом с ним, если бы я разрешил.
— Может быть, тебе удастся подобрать волчонка, — сказал Карлоно, присоединяясь к ним. Он только что поднялся с пристани.
— Не думал об этом. Это будет нелегко, но я попытаюсь добыть щенка. По крайней мере пообещаю ей.
— Если решишь сделать это, — сказал Джондалар, — бери совсем маленького. Волк еще сосал молоко, когда умерла его мать.
— А как же Эйла выкормила его без матери?
— Сам удивляюсь. Она говорила, что ребенок ест все то же, что и мать, но пища должна быть мягче и мельче. Она варила бульон, опускала туда кусок кожи и давала ему сосать. Резала на мелкие кусочки мясо. Он ест все, что едим мы, но любит охотиться и сам. Он даже помогает нам, так было с тем лосем, мясо которого мы привезли сюда.
— Как вы заставляете его делать то, что вам нужно? — спросил Маркено.
— Эйла тратит на это много времени. Она показывает ему, повторяя раз за разом, пока он не сделает правильно. Удивительно, как многому он может научиться, и к тому же ему приятно порадовать ее.
— Это видно. Ты думаешь, тут все так просто? В конце концов, она — Шамуд, — сказал Карлоно. — А может ли обыкновенный человек заставить животных делать то, что от них хотят?
— Я езжу верхом на Удальце, а я не Шамуд.
— Не уверен в этом, — рассмеялся Маркено. — Я видел тебя в окружении женщин. Думаю, ты мог бы любую заставить делать то, что ты хочешь.
Джондалар покраснел. Об этом он как-то не задумывался. Подоспевшая Эйла удивилась его румянцу, но тут к ним подошел Доландо.
— Я провожу вас немного, чтобы показать вам тропу и лучший путь через горы, — сказал он.
— Спасибо. Это может нам здорово помочь.
— Я тоже пойду, — подхватил Маркено.
— И мне хочется пойти, — сказал Дарвало. Эйла увидела, что на нем рубашка Джондалара.
— Тогда и я с вами, — сказала Ракарио.
Дарвало, нахмурившись, бросил на нее взгляд, думая, что она решила увязаться за ними из-за Джондалара, но она смотрела на самого Дарвало и обожающе улыбалась. Эйла заметила, как обиженное выражение на его лице сменилось задумчивостью. Дарвало вдруг покраснел.
Почти все собрались на поляне, чтобы попрощаться с гостями, и еще несколько человек решили их проводить.
— Я не пойду с вами, — сказала Рошарио, посмотрев на Джондалара и Эйлу, — но я желаю вам доброго пути.
— Спасибо, Рошарио, — сказал Джондалар и обнял женщину. — Нам нужны твои добрые пожелания.
— Мне нужно поблагодарить тебя, Джондалар, за то, что ты привел Эйлу. Даже не хочу думать, что случилось бы со мной, если бы не она. — Она дотронулась до Эйлы. Эйла взяла руку женщины, затем другую и крепко сжала их, радуясь, что и у Рошарио крепкое пожатие. Они обнялись.
Несколько человек попрощались с ними, но остальные решили проводить их немного.
— Ты идешь, Толи? — спросил Маркено.
— Нет. — В ее глазах сверкнули слезы. — Не хочу. Слова прощания не станут легче на тропе. — Она подошла к высокому мужчине. — Мне трудно быть доброй к тебе сейчас, Джондалар. |