Эйла кивнула, чувствуя себя настолько расслабленной и согревшейся, что лень было и пальцем пошевелить. Она заметила, что Мадения испытывает то же самое.

— Какой прекрасный Дар эта горячая вода! — воскликнула Эйла.

— Важно, что мы благодарны Великой Матери за все Ее Дары, и особенно за Дар Наслаждения.

— Ее Дар — ложь! Это не наслаждение, а боль, — вдруг сказала Мадения. — Как ни просила я, ни умоляла, они не остановились! — выкрикнула она. — Ни один мужчина больше не дотронется до меня!

— У тебя есть право гневаться. У тебя есть право рыдать. Это ужасно, что они сделали с тобой. Я знаю, что ты чувствуешь, — сказала Эйла.

— Откуда ты знаешь, как я себя чувствую? — отпрянула назад молодая женщина.

— Однажды я тоже испытала боль и унижение. Молодая женщина выглядела удивленной, но Лозадуна кивнул, как если бы вдруг понял что-то.

— Мадения, — мягко произнесла Эйла, — когда я была в твоем возрасте, может быть немного младше, почти сразу же после того, как у меня начались месячные, меня изнасиловали. Я не знала, что это означает Наслаждение. Для меня это была только боль.

— Только один мужчина?

— Только один, но потом он домогался меня еще много раз, и я возненавидела это! — Эйла удивилась, что до сих пор от этих воспоминаний в ней поднимается гнев.

— Много раз? Даже после изнасилования? Почему никто не остановил его?

— Они думали, что он имеет на это право. Они думали, что мне не присущи такие чувства, как ярость и ненависть, и они не понимали, почему мне было больно. Я сама начала думать, что со мной что-то не в порядке. Затем я перестала чувствовать боль, но и Наслаждения не испытывала. Это делалось не затем. Это делалось, чтобы унизить меня, и я никогда не переставала ненавидеть это. Но… случилось нечто удивительное, и потом, что бы он ни делал, я думала о другом, о чем-то хорошем, не обращая на него внимания. Поскольку он не вызывал во мне ничего, кроме ярости, он стал чувствовать себя униженным и в конце концов прекратил приставать ко мне. И я не хотела, чтобы когда-либо еще ко мне притронулся мужчина.

— Ни один мужчина больше не коснется меня! — сказала Мадения.

— Не все мужчины похожи на Чароли и его банду. Некоторые такие, как Джондалар. Именно он научил меня радости и Наслаждению Даром Великой Матери, и я говорю тебе, что это прекрасный Дар. Дай себе время и возможность встретить человека, похожего на Джондалара. И ты тоже испытаешь радость.

Мадения затрясла головой:

— Нет! Нет! Это ужасно!

— Я знаю, что это ужасно. Даже самый лучший Дар может быть неправильно использован, и добро можно превратить в зло. Когда-нибудь ты захочешь стать матерью, но ты никогда не станешь ею, если не разделишь Дар Матери с мужчиной.

Мадения горько плакала:

— Не говори этого! Я не хочу слышать об этом!

— Знаю, что не хочешь. Не позволяй Чароли испортить хорошее. Не давай ему возможности лишить тебя материнства. Пройди Первый Ритуал, чтобы понять, что это не так ужасно. Мне удалось это понять, хотя не было никаких ритуалов. Великая Мать нашла способ дать мне эту радость. Она послала мне Джондалара. Дар больше, чем Наслаждение, намного больше, если он разделяется с любовью. Если боль, которую я испытала в первый раз, была платой, я с радостью много раз заплатила бы за ту любовь, которую познала.