Он отомстит за смерть отца.

Положит конец своим кошмарам.

Убьет ниндзя.

Дьявольский клинок, казалось, ожил и затрепетал в руках Джека.

Имя, выбитое на стали, багровело в свете пожара, взывая к нему.

Кунитомэ. Убей. Убей. Убей!

Откуда-то из глубин памяти возникли слова хозяина чайного домика.

«Такое оружие жаждет крови, толкает своего владельца на убийство».

Джек испытал его воздействие на себе.

Жажда крови почти завладела всем его существом.

Джек занес танто над головой.

Рука застыла на полпути. Вспомнились слова сэнсэя Ямада в ту ночь, когда Джек решил следовать Пути воина. Тогда мастер дзэн объяснял, в чем состоит бусидо и что такое быть самураем.

«Путь воина состоит не в убийствах и уничтожении, а в том, чтобы способствовать жизни. Защищать ее».

Джек осознал: сколько бы боли и страданий ни причинил ему Глаз Дракона, он не поддастся жажде мести.

Он не убийца, в отличие от ниндзя.

И действительно, сохранив жизнь Докугану Рю, он может спасти брата Акико, Киёси. Джек опустил кинжал.

— Нет! — раздался крик.

Выбросив дьявольское оружие за балкон, Джек обернулся и увидел на лестнице Акико.

— Я думала, ты его убьешь, — пояснила она, пробираясь сквозь горящие руины.

Оставив Глаза Дракона лежать без сознания, Джек помчался навстречу подруге.

— Чуть не убил. Но вспомнил, что он нужен тебе живым.

— Ты ранен? — Ее глаза испуганно округлились.

Вид у него и впрямь был ужасный. Черный от пепла, в обугленных доспехах, с разбитой губой, ожогом на левой руке и застрявшими в пыльных волосах обломками стены, Джек напоминал восставшего из мертвых.

— Ничего страшного, — бодро ответил он, пока Акико осматривала его руку.

— Когда мы нашли отца Бобадилло мертвым у себя в кабинете, я забеспокоилась и… Берегись!

Акико толкнула друга на пол.

Внезапно что-то сбило ее с ног, и она исчезла за балконом. Донесся только ее крик.

— Мое терпение лопнуло, гайдзин, — прошипел Глаз Дракона. — Дай мне журнал — или я отпущу ее.

Глаз Дракон держал кагинаву. Веревка с крючьями, обмотавшаяся вокруг тела Акико, туго натянулась.

Джек скосил глаза на меч ниндзя, лежащий между ними на каменном полу.

— И не думай, — сказал Глаз Дракона, слегка ослабив веревку. — Она умрет раньше, чем ты сделаешь хоть один шаг.

У Джека не было выбора. Он открыл мешок и вынул журнал.

— На твоем месте я бы поспешил. — Рот Докугана Рю искривился в дьявольской ухмылке. — Кагинава выскальзывает.

Передавая ему журнал, Джек потребовал:

— Теперь дай мне веревку!

— Конечно, — ответил Глаз Дракона и разжал кулак.

— Нет! — закричал Джек, бросаясь за кагинавой, которая стремительно разматывалась и исчезала за балконом.

Он сумел поймать веревку, но удержать ее не удавалось, причем кагинава глубоко врезалась в ладони. Впрочем, на мачтах «Александрии» бывало и похуже, поэтому Джек только сильнее сжал кулаки, закусив губу от боли.

Вцепившись изо всех сил, он наконец остановил кагинаву. Акико вскрикнула. По крайней мере, жива.

Опершись спиной о стойку на балконе, Джек начал медленно поднимать Акико. Руки задрожали от напряжения, и веревка вновь стала выскальзывать.

— Усилия героические, но напрасные. — Над Джеком стоял Глаз Дракона с журналом в одной руке и Черной тучей в другой.

— Ты получил журнал! — выдохнул Джек, из последних сил удерживая кагинаву.